— Выгнали! — скорбным голосом сказал Бобров. — Главврач категорически запретила общаться с больным и персоналом.

— И удостоверение не помогло? — ехидно спросил Майоров.

— Она сказала, что если он не уберётся, то через десять минут в больнице будет адвокат и наряд милиции. И его выкинут из здания.

— Наглость, — констатировал Майоров. — А ничего, что мы можем туда «силовиков» прислать?

— Она прямо сказала, что позвонит «сами знаете кому», — мрачно ответил Бобров.

— Твою мать, опять этот Смирнов, — выругался Клевакин.

— Кстати, — вспомнил Бобров. — На следующий день, после происшествия на заводе, из аэропорта единой группой вылетели девять граждан Израиля.

— Ну и что? Да, много, только к чему это? — не понял Майоров.

— В здание их доставили фактически под конвоем сотрудников милиции из ОВД Сылва и сотрудников городского отдела уголовного розыска.

— Да твою мать, — не удержался Клевакин.

— Нам только этого не хватало, — скрипнул зубами Майоров.

Сложить два плюс два ему много времени не надо!

Лет двадцать назад, он бы в присядку пошёл, если бы удалось задержать на заводе такое количество граждан недружественного государства. Ордена, медали, премии и повышение… Тьфу, а сейчас… Скандал, прибытие людей из Москвы из главного аппарата, дипломаты и полный дурдом. К сожалению, в других регионах подобные прецеденты были и кончились для большинства «отличившихся», не очень хорошо.

— Будем дело возбуждать? — с надеждой в голосе спросил Бобров.

— Ты серьезно? — с возмущением во взгляде ответил вопросом на вопрос Клевакин.

Вот за такое никто из следователей: и в ФСБ, и в милиции и прокуратуре «оперов» не любят! У них всё просто — возбуди дело, а там всё получится. Они получат свои «палки» (отметки о раскрытии ими дела), а следователю потом разбираться с последствиями. Прекратить, приостановить — за это по голове не погладят. Отправить заведомо провальное дело в суд — получить оправдательный приговор. За такое вообще прибить могут.

— Нет, — отрицательно помотал головой Майоров. — Я такое делать не буду. И следователям своим не позволю, — с вызовом во взгляде поглядел на Боброва.

Там, где сотрудники милиции из Сылвы и «опера» из городского отдела, за их спиной маячит фигура Смирнова.

— Если хочешь, то работай дальше, а к нам, только с нормальными документами и свидетелями. И только после этого я пойду к руководству, — подытожил Майоров, провожая взглядом недовольного Боброва, покинувшего его кабинет.

— Не, умный какой! — возмущался Клевакин. — Мы ему дело возбуди. Он весь такой радостный со всех сторон. А мы с делом разбирайся и со Смирновым, да⁈