Потеря анонимности и обвинение в массовых убийствах, хе-хе…

Удрать, скорее всего, он сможет от кого угодно. Только прощай более-менее спокойная жизнь. А у него куча людей, выпускать которых из из-под своей защиты он совершенно не собирался.

От использованного оружия тоже надо было избавляться, хотя жалко было до слёз. Хорошо, у него ещё есть, а если надо — ещё достанет.

Горестно вздыхая, Герман быстро разобрал «укурок» и оба «АПС» на запчасти, раскидав их по верстаку. Затем с диким сожалением порезал «вишнями» снаряжение и защитный костюм на части. Вытащив титановые вставки тщательно их осмотрел, но всё-таки бросил в тазик под верстаком. Решив, что зальёт их одной химической дранью. Крови не увидел, но решил перестраховаться. Повреждённый пулей щиток присоединил к остальному барахлу на верстаке.

Затем оружие, ножи и изуродованные вещи собрал в два чёрных больших полиэтиленовых мешка. В каждый осторожно и густо засыпал белый порошок, который у него был специально куплен для подобных целей, хранясь в большой стеклянной банке на одной из полок.

Гаражей вокруг полно, мусор надо куда-то выбрасывать, так что вокруг комплекса было несколько стихийных мусорок. Некоторые из которых достигали гигантских масштабов.

В быстро найденную глубокую яму были сброшены принесённые мешки, перед этим в них взятым с собой шилом были пробиты несколько десятков небольших дырочек.

Горы мусора вокруг ямы были обвалены в неё же, так что полностью скрыли зарытое, сравнявшись вровень с окружающим ландшафтом. Прощального салюта не проводилось, хотя очень хотелось, а потом Герман ушел.

Негашеная известь при соприкосновении с водой выдаёт реакцию, похожую на кипение с разбрызгиванием. При этом температура смеси достигает 150–200 °. Так что дырки в мешках были сделаны не случайно. Вода рано или поздно проникнет внутрь, а потом пойдет бурная химическая реакция. Любые потожировые следы будут уничтожены. От следов и потёков крови если что-то останется, то определить группу крови и выделить образцы ДНК будет просто физически невозможно.

* * *

— Что? — лицо Волкова было достаточно удивлённым, после услышанного.

В обед его выдернул в Москву Филатов, потребовав немедленно прибыть пред его начальственные очи, а теперь вывалил на него совсем никак не ожидаемую информацию.

— «Ндрагетта», говорю тебе, — повторил Филатов. — Итальянская мафия, н-да…

— Это же которая не с Сицилии… — сказал Волков.

— Да, из Калабрии. Район такой есть в Италии. Вернее, зародились они там, а сейчас почти во всей Италии распространилась, — подтвердил генерал, получивший совсем недавно свежую информацию.