— В смысле? — не понял его Никита Александрович.

— В прямом, — ответил ему собеседник, — ладно, надеюсь, всё пройдёт спокойно, — вздохнул он тяжко.

— Ладно, понял вас, — Никита Александрович остался в недоумении от предупреждения, не совсем понимая, в связи с чем это связано.

Разглядев в аэропорту прибывшего молодого мужчину с его женой и матерью, он сделал вывод, что парень здоровый, конечно, но вот какой-то опасности от него не ощущал. Не выглядел он опасной личностью.

Никита Александрович не был полевым агентом, не участвовал в погонях и удачных побегах от контрразведчиков местных спецслужб. Специфика его работы находилась совершенно в другой плоскости.

У него было высшее образование МАДИ, полученное при СССР. На последнем курсе к нему подошли с одним интересным предложением, а он не смог отказаться. Затем было обучение, где ему помогли с отшлифовкой английского языка и французского языков, которым он неплохо владел. Сказывалось обучение в специализированной московской школе с углублённым изучением языка. Его родители работали в МИД-е в своё время и мечтали, что ребёнок пойдёт по их стопам, и поступит в МГИМО, но не сложилось. Он, не ставя из в известность, пошел в МАДИ, но в какой-то мере их мечта исполнилась.

После годичного обучения, он выехал в Европу и легализовавшись, через Испанию, в течение десяти лет выполнял задания Родины. Он работал в Скандинавских странах, включающих в себя — Данию, Гренландию, Фарерские острова, Швецию, Норвегию, Финляндию, Аландские острова и Исландию.

В 1993 году ему сообщили, что в его услугах больше не нуждаются и он можете считать себя уволенным. Подобное заявление выбило его из колеи, но собравшись и хорошенько подумав, он решил остаться в Норвегии.

К сожалению, его родители умерли, он даже на похороны не смог приехать, других родственников не было, и он посчитал возможным остаться там, где его застали такие новости.

В своё время, он получил гражданство этой страны, открыл в ней же небольшую туристическую фирму, что позволяло ему для его работы спокойно и часто передвигаться по территории Европы.

Затем, несколько лет назад неожиданный звонок от Ерофея Петровича, встреча с ним в Швейцарии и предложение, от которого он не смог отказаться — поработать на себя любимого.

* * *

— Мням, съем тебя, — заявил Герман жене, вышедшей в одном полотенце из совмещённого санузла их номера.

— Ох, ты маньяк! — а глазки-то у неё заблестели.

Пока она разбирала чемодан, Герман первым быстро помылся в душе, а потом помог жене развесить привезённые вещи в шкафу и разложить по ящикам. Удивляясь, как поездка на неделю у женщин превращается в выезд на месяц, судя по количеству напиханных в два чемодана вещам.