Отшельница ухмыльнулась — и мне очень не понравилось вот это ее пренебрежительное движение верхней губой, — но ответила:

— Можете называть меня Далией.

— Какое аристократическое имя, — заметил я.

Все-таки дурацкий у меня характер. Вычерпать бы из него весь сарказм — так хоть прям сейчас в духовную семинарию.

Но отшельница не ответила, пришлось сразу менять тему:

— Так почему нельзя приближаться к центру Йорана?

Я специально избегал слов «храмовая площадь», «кратер» или «воронка». Ключ от квартиры, где деньги лежат, тем более если это доспехи Богов, на блюдце с золотой каемкой отдавать не хотелось.

— Слишком много божественной крови там пролито, — наставительно сказала Далия. — Кровь, отданная Богами добровольно, содержит в себе чудодейственную силу; забранная силой — разрушительную. Ты молодой, глупый и не маг, ты не можешь почувствовать это. А вот твой друг может.

Ну вот, спасибо, еще и дураком обозвали. Нравилась эта тетенька мне все меньше и меньше. К тому же она явно была возле кратера, зуб даю. Слишком уж подробно все расписывает. Тут одним предчувствием все не объяснишь. Поэтому я не стал ходить вокруг да около:

— Вы там были?

— Была.

­— Дайте угадаю: кое-что искали.

Далия снова улыбнулась, но теперь мягко и тепло, как улыбаются маленьким детям. Не могу понять, что у нее за характер. То в дрожь бросает, то от милоты лужицей на полу расплываешься. И это с ментальной-то защитой!

— Признаться, думала обзавестись крохами божественной крови. Достаточно было хотя бы нескольких застывших капель на камнях, но увы… Дурацких доспехов и оружия — сколько угодно, а вот кровь, видимо, ушла глубоко в землю.

— Доспехов? — спросил я с лицом человека, выигравшего чемпионат мира по покеру.

— Божественные доспехи, — ответила она, однако, задержав на мне взгляд на секунду больше, чем требовалось, будто давая понять: знает, о чем я думаю, продолжила: — Броня, сделанная лишь для Перворожденных, но оказавшаяся в мире людей.

— И вы даже не попытались вытащить оттуда хоть что-нибудь?

— Зачем? Я не страдаю скопидомством. У меня все есть.

Слова-то какие умные знает. Я снова едва сдержался, чтобы не съязвить о высоком образовании отшельницы, полученном явно не в лесу, а минимум на филфаке МГУ. А вот по поводу «все есть» — конечно, может, она аскет, каких еще поискать, но тут явно не женская обитель с розовыми наволочками и кружевными скатертями.

— А другие люди до Йорана часто добираются?

— Помню, в прошлом году здесь все вынюхивал один разведчик. Только до самого города так и не дошел. У Шипастого Леса свои глаза и уши, их тысячи, а сам Йоран охраняют аргримы. Без их дозволения чужаку сюда не попасть.