— Простите, господин. Она не пускала. Пришлось сбежать. Но я потом обязательно перед ней извинюсь, — пообещала.

— Как?

— По связанным вместе простыням. Переодевшись послушником, который у нас подметает двор, — смущённо призналась девочка, неправильно меня поняв.

— Учти, второй раз похищать главу башни заданий храма Песчаных дюн я не стану. Сама будешь думать, как туда вернуться. Ту замечательную бомбу, которой ей угрожал, уже использовал. Или ты навсегда сбежала?

— Амир! — воскликнула шокированная Латифа, не веря своим ушам.

— Дорогая, не обращай внимание. Пустяки. Тогда никто не пострадал. Не считая моей гордости и её самоуверенности.

— Амир! — настойчивее повторила Латифа, повысив голос. — Нам нужно будет потом серьёзно поговорить.

— Как скажешь. А что это у тебя в руках? — переключил её внимание на свёрток Сами, уходя со скользкой темы.

— Я не знала, что вам подарить. Поэтому принесла немного печенья. Сама его испекла. С мёдом и корицей, — призналась девочка, стыдясь своего скромного подарка, испытывая страх быть высмеянной.

Но и совсем без ничего прийти она не могла.

— Как, и ты молчала?! — наигранно обиделся. — Доставай быстрее. Страсть как хочу его попробовать. Пока свежее. Умираю от голода. Спасибо огромное. Это то, чего мне сейчас больше всего хотелось. Как же ты вовремя, — горячо поблагодарил Сами.

— Правда? — обрадовалась девочка, даже Латифу заставив улыбнуться от этой детской непосредственности.

Празднование происходило шумно, с размахом, нескончаемыми потоками лести от незнакомцев. В чьей искренности у меня возникли сильные сомнения. Под музыку, танцы, конечно же, не гостей, а приглашённых полуголых танцовщиц в сценических нарядах, увешанных украшениями и нескончаемые огненные забавы, так любимые дари. Будь то всевозможные фейерверки, сжигания бумажных, расписных фигурок, что называется, выполненных в натуральную величину, выступление факиров или заклинателей огня. Порой, показывающих довольно опасные, рискованные для жизни трюки, что только добавляло им зрелищности и восторгов почтенной публики. Когда настало нужное время, прежде чем гости успели упиться, перенасытиться пищей или зрелищами, поднявшись со своего места, призвал всех к тишине. Объявив о том, что род древних Амир перед лицом стольких уважаемых свидетелей собирается сделать ряд важных заявлений. Давно ожидая официальной части от хозяев приёма, гости специально не сильно налегали на спиртное, не переключались на личные дела, не разбредались по обширной территории дворца, в поисках новых развлечений, впечатлений, нужных встреч, отдыха, а то и просто тихого, укромного места, где для этого всё было готово.