Рамиля постаралась сохранить спокойное выражение лица, но уголки губ предательски дрогнули, что не ускользнуло от внимания Латифы.

— Жаль мне не довелось увидеть его собственными глазами. Говорят, впечатляющее было зрелище. Благородных дерров уже давно никто так не водил носом по мокрому полу, рассказывая о правилах поведения в приличном обществе. А когда чернокожей возмутительнице спокойствия бросили вызов аж три отпрыска знатных родов, пригласив в круг чести, устроив между собой спор по поводу очерёдности. Судя по рассказам очевидцев, она предложила им не ссориться, войдя в него одновременно. Всем вместе. С их уставшими, прилёгшими отдохнуть приятелями. Скромно признавшись в том, что заклинатель бриллиантового ранга всё равно не заметит разницы, выползет на площадку поединков один муравей, десять или тысяча. Заранее поблагодарив за щедрый подарок из своих душ. Это надо было видеть. Столь быстрого избавления от загара без помощи алхимических средств добиться почти никому не удавалось. Наши достойнейшие храбрецы Шаль-Сихья прямо там едва не сделали пол ещё более скользким.

Рамиля всё же захихикала, представив упомянутую картину. Сильно сожалея о том, что лично при этом не присутствовала. Латифа выслушала её рассказ, прикрыв глаза, с застывшим выражением лица, дыша ровно и размеренно. На этом славная дочь Руин не остановилась, с удовольствием смакуя продолжение истории.

— Сообщив о том, что, если бы не запрет хозяина, запрещающий портить эти чудесные картины, так ему приглянувшиеся, желающего их все выкупить, она бы прямо там помогла художнику украсить стены галереи экспозицией, под названием, — Кровавый рассвет, — Рамиля показательно развела ладони с растопыренными пальцами, изображая солнышко.

— Спасибо за совет. Его я уже поблагодарила. Как и всех остальных, — Латифа не уточнила, кого имела в виду. — Жаль организаторшу того безобразия застать не удалось. Чьи ослиные уши торчали над камнем. Ничего, и на эту тень как-нибудь наступлю, отдавив ей хвост. Хотя мой глупый супруг и пытался тщетно убедить в том, что это были его уши. Ага, как же, верю, — возмущённо фыркнула Латифа. — Явно её выгораживает. У него бы на это смелости не хватило.

Тихонько сидящая Ирдис отчего-то закашлялась.

— Оу. Вы считаете, что кто-то специально спровоцировал тот инцидент? Кто если не секрет? — Рамиле стало любопытно.

— Обвинение без доказательств называются клеветой. Так что я пока придержу свои мысли при себе.

— Ваше право, шифу Латифа, — не стала настаивать. — Так что насчёт моей просьбы? Могу я увидеться с господином Амиром?