— Закрой глаза, — где-то над ухом пробурчал Ярослав.

Я смежил веки и через два гулких удара сердца почувствовал, что мы находимся в каком-то месте, слабо освещенным неярким солнцем. То ли утро, то ли небо прикрыто облаками. Выждав немного времени, я осторожно, по миллиметру, стал открывать глаза.

2

Мы находились в городском парке. Я узнал его по ровным рядам кипарисов вдоль дорожек, красивым и незнакомым цветам в клумбах, а еще по тяжело-влажному запаху моря. Его ни с чем не спутаешь.

— Чуток промахнулся, — досадливо проговорил Ярослав, зачем-то отряхивавший брюки. — Видишь, что творит опоздание в доли секунды. Так бы попали ровно на то место, где я тебя забрал.

— И так неплохо, — возразил я. — Пошли, искупнемся? А то вы в своей Вологде море когда увидите?

— Ха! — воскликнул Назаров. — Да мы частенько ездим на моря, чай — не лапти! Чего головой вертишь? До сих пор не веришь, что домой попал?

— А ты уверен в своих расчетах? — я почесал затылок, продолжая стоять на месте. Парк-то знакомый, да сомнения все равно берут.

— Обижаешь, брат, — фыркнул Ярослав. — У меня уже за сотню таких прыжков между мирами. Все ошибки учтены. Ладно, пошли, не стоит привлекать внимание. Где ты живешь-то?

— Особняк Булгаковых находится на другом конце города, — огорошил я своего спасителя. — А у меня нет денег, чтобы добраться до него на такси.

— Ну что ж, пойдем пешком. Попробуем поймать попутку, авось водители здесь не скупердяи, детей бесплатно подбросят, — Ярослав оживился. — А сначала заглянем в киоск.

— Зачем? — удивился я, едва поспевая за энергичным Ходоком. Вот уж у кого шило в заднице. Постоянно в движении!

— Темнота! — покровительственно улыбнулся парень. — Первым делом, когда заходишь в чужую Явь, всегда читай газеты. Очень много информации можно почерпнуть из местной прессы. Какой год, месяц, день, на сколько расходятся даты между мирами. Сейчас посмотрим…

Мы подошли к крытому стеклянному киоску, на прилавке которого лежали газеты и разнообразные цветные журналы, и Ярик методично и с умным видом стал рассматривать газеты. Потом спросил у пожилой продавщицы в очках, лениво переворачивающей тонкие листки карманной книжки:

— «Городской вестник» не поступал?

— Ты ничего не напутал, мальчик? — накрашенные губы продавщицы дрогнули в усмешке. — Это что за газета? Губернская, поди?

— Ага, так и есть, — Ярик сделал вид, что смутился. — Губернская, одесская.

— К нам поступает только столичная пресса и местная, крымская, — добродушно пояснила женщина. — Сам с Одессы, что ли? Соскучился по новостям из дома?