— Инициация идет через кровь. Потом ежегодно несколько дней нужно находиться рядом с ним, укрепляя привязку, — я вспомнил рассказ Светы.

— Правильно. А ты инициацию где проходил?

— Она произошла самопроизвольно, еще в детском доме.

— То есть Источник Мамоновых тебя не знает. Если предположить, что ты впервые подойдешь к нему и попробуешь провести привязку, может произойти два события, — Брюс для наглядности показал два пальца. — Первое: тебя он не признает и постарается защититься с непредсказуемым исходом для вас обоих. Второе: ты его просто погасишь, пусть даже и непроизвольно. Ох, Андрей Георгиевич, по-хорошему, тебе следовало бы поступить в наш лицей при Магической Коллегии, а не в «Чистые Пруды». У нас тоже великолепные преподаватели, серьезная аппаратура для исследований, лабораторные классы, полигоны. Глядишь, разобрали бы твою проблему на мелкие детали, дали рекомендации, как быть дальше.

Мне не понравилось про мелкие детали. Хоть со мной и не занимались опытные маги-преподаватели, но я точно знал, что антимагия неразрывна с моим телом, моим энергетическим ядром. Ее просто невозможно детализировать. Она есть — и мне с этим жить. Да и не хочется в магический лицей. Наслышан, какие там строгие порядки. Ученикам продыху не дают, дисциплина жесточайшая, казарменное положение. Даже те, кто живет в Москве, не имеют права покидать территорию лицея в течение учебной недели. Только в выходные дни им дается увольнительная. Не понимаю, к чему такие строгости. Какой-то тайный Орден, а не школа.

На моем лице четко написан ответ, и Брюс усмехнулся, увидев на нем все эмоции.

— Радомир Званович рассказал мне, что ты перестал появляться в библиотеке. Все перечитал?

— Учеба много времени отнимает, Александр Яковлевич, — пожаловался я. — Потом, сам Радомир Званович признался, насколько тяжело подбирать книги по моей тематике. Если честно, про антимагию почти ничего нет.

— Сам не хочешь начать писать? — прищурился Брюс. — Свои ощущения, личное мнение, идеи — будущим Разрушителям пригодится.

— Вы думаете, они так часто появляются? — я рассмеялся. То, что предложил маг, я уже потихоньку и без огласки претворял в жизнь. У меня появилась толстая тетрадь, куда я записываю все, что связано с антимагией. Но Брюсу об этом знать не стоит. Лет через десять, когда мои знания станут более обширными и структурированными, за записями начнут охоту. Как пить дать начнут. Поэтому я промолчу.

— К счастью, нет, — на округлом лице Александра Яковлевича появилась мягкая улыбка. А глаза опасно заледенели. — Однако сколько подводных камней удастся избежать будущему антимагу, когда он ознакомится с твоими трудами!