Но Куан хотел добиться от меня одного: брать столько энергии, сколько необходимо для достижения цели, и не более. Я же умудрялся перебарщивать, отчего частые откаты корежили энергетическую структуру тела. Наставник изъяснялся именно так, но я его понимал.

Лучше всего получалось направить излишки силы на левитацию. Мне понравилось чувство отрыва от поверхности, необъяснимая легкость в теле и восторг, насколько тело становится невесомым. Наставнику почему-то не нравились мои шалости. Хмурясь, он шептал себе под нос: «что-то я делаю не так».

— Отработка дистанционных ударов! — резко сказал он после десятиминутной релаксации. И показал на макивару. — Бей!

— Ха-х! — моя ладонь летит как выпущенная из пращи. Ощутимо тяжелые сгустки воздуха на поверхности руки срываются в полет и мощно бьют макивару, отчего та вместе с шестом едва не вырвалась из крепления.

— Еще! — требует Куан, стоя за моей спиной.

— Ха-х! — снова резкий выдох.

На этот раз удар чуть слабее, но наставник одобрительно кивает головой.

— Бей!

После третьего толчка я ощущаю легкое потряхивание кистей рук.

— Достаточно! — Куан обхватывает мою голову ладонями, смотрит в глаза. — Неплохо, почти весь запас свой выбросил, да?

— Наверное, — я расслабился. — Да, кажется, так и есть.

— Хм, ладно. Против троих противников сумеешь выдержать. Давай, наполняй свое ядро энергией. Да побыстрее!

Вот так каждый день. Куан гоняет меня безжалостно, привнося в тренировки неожиданные вводные, которые я должен отработать по полной. Даже в выходной день я не знаю передышки. Единственное исключение — после утренних занятий я получаю долгожданную свободу.

После душа Куан надолго исчез на кухне, готовя обед, а я, надев брюки и рубашку, причесался перед зеркалом и крикнул:

— Я ненадолго!

— Куда собрался? — наставник в фартуке и с ножом в руке выглянул в коридор. — Скоро все будет готово.

Я потянул в себя ароматные запахи с чесночными нотками.

— Соус готовишь или запеканку? — облизываюсь я.

— Не уходи от ответа! — потребовал Куан.

— Да к Афанасьевым загляну. Хочу с Ксюшей сходить на танцы.

— Решил все-таки пригласить? А как же личные симпатии?

— Куан, я не маленький, понял? Ну, захотел приятное сделать девушке. Сколько можно убегать и скрываться от общения? Некрасиво как-то. Да и сам отдохну, развеюсь.

— Смотри, вцепится в тебя Борис всеми десятью пальцами — придется их отрубать, — с самым серьезным видом сказал кореец, махнув ножом. — А я не хочу хорошему человеку вредить.

Вот как он это делает? Понимаю же, что шутит, однако после таких слов мурашки по спине маршируют от шеи до копчика.