— Вот же суки! Разблокируй дверь! Немедленно, — гаркнул по-русски Александров, но люди снаружи с такой силой сдавили машину, что дверь не открывалась. Тогда полковник поправил берет, подтянулся и полез через люк в крыше.

— Охолонись! Ходынку устроить хотите? Графа задавите! Куда прёте? А ну, разойдись!!! Вы нашу надежду на победу похерить хотите? Быстро всталидруг от друга на длину руки! Кому сказал?

Он отдавал приказы ТАКИМ голосом, что ослушаться было нельзя. Потом полковник спрыгнул с машины и толпа расступалась перед ним, как море перед Моисеем. Александров шёл впереди, кричал команды, а наш лимузин полз, как черепаха на первой скорости. Но, слава Богу, мы всё же ехали своим ходом, а не на руках этих ненормальных. Ведь они вполне могли и машину поднять. Где-то через полчаса мы остановились и Владимир Геннадьевич распахнул дверь.

— Саня, ты выходишь последний и сразу бегом под прикрытие. Все остальные выходим сейчас группой и тоже бегом к двери. Не задерживаемся, быстро.

Выглянув наружу, я увидел, что у входа к магазину столпилась такая толпа, что полицейские с трудом сдерживали людей. Люди взревели, но Александров тут же подхватил меня подмышки и, промчавшись со мной по красной дорожке, буквально внёс меня в фирменный магазин «Nike».

— Это же чёрт-те что здесь творится. Я даже подумал, что всё, нам конец, — вытер платком лысину сопровождающий нас чиновник из РФС. Он жадно выпил из поданного стакана воду, налил ещё, передохнул и добавил. — Я сейчас с посольством свяжусь. Ведь, если они все сюда хлынут…

— Не хлынут, — перебил его Владимир Геннадьевич. — Да и что это посольство сделает? Вон видите, подкрепление подъехало. Дополнительное ограждение начали ставить. Эх, тут бы водой разогнать этих идиотов. Покалечатся же. И тут эти юсовцы подосрали. Прав Миша, без них ни одна гадость не обходится.

Я хотел глянуть на полицейских, но меня вместе с перепуганной Леной, которая вцепилась в меня как клещ, повели к стенду с обувью. В самом торговом зале было много журналистов, телевизионщиков, сотрудников магазина и даже полицейских. Насколько я понял, народ в магазин, во избежание давки, пока не запускали. Повернувшись, я увидел стоящего рядом Уэйна Руни. Вот это да! Он-то что тут делает? Англичанин мягко улыбнулся и, протянув руку, сказал:

— Какие люди! Привет, Алекс. Это тебя тут так встречают? Видел как тебя несли, — и пожав мою протянутую руку, добавил. — Автограф дашь?

— Привет, Уэйн. Только, ради Бога, не надо меня троллить. А ты какими судьбами здесь?

Но ответить манкунианец не успел. В коридоре появилась взъерошенная Паула.