Потом Меланья достала и вывалила на кровать всю свою одежду.

Она перебирала юбки и блузки… и платья. Бесполезные тряпки. Надо же… а так старательно выбирала, покупала. Думала, какой красивой будет ходить на работу и какой её будет видеть Эштон. Старалась для него.

В помойку теперь!

Хотелось рыдать, если честно. Но ведь это нормально? Так ведь всегда бывает, когда твоё сердце разбивается?

Она отвернулась, чтобы не видеть всех этих вещей, которые должны были олицетворять её новую, счастливую жизнь, а вместо этого напоминали о полном провале.

Меланья так и стояла, не понимая, за что хвататься, когда услышала звук.

Кто-то подошёл к её двери со стороны коридора.

И остановился.

Стука не последовало. Меланья нахмурилась. Это что значит? Зачем кому-то подкрадываться к двери и замирать за ней? Если это не враг. А если враг… Меланья тихо скользнула к двери и прижалась спиной к стене рядом с косяком.

Сердце почти не ускорилось. Голова работала на все сто.

Если там убийца, надо сделать так, чтобы Меланью он не достал. Правда, непонятно, откуда он взялся. Но, возможно, их вычислили? Если безопасник Эштона смог, могли быть и другие умельцы.

Только как здесь так быстро появился убийца, даже если вычислили?

Чёрт! А Рыжий ходит неизвестно где. Не то чтобы Меланья сама не справится, но он не знает, что кто-то хочет их убить. Расслабился там… кстати, да. Именно это определение ему подходит — он расслабился, когда уходил с Рэей. Ха! Надо будет ему припомнить.

Словно в насмешку в дверь стукнули. Раз, другой… негромко.

Наверное, не убийца? Чего бы он стучал?

— Меланья.

А вот теперь сердце забилось и затрепетало, как пойманная птицы. Это так странно — кровь текла по жилам в обычном режиме даже когда она думала, что сейчас ей предстоит смертельная схватка. А сейчас опасности нет, а в груди будто кипит. Несправедливо!

Меланья не стала открывать. Наоборот. Она вдруг подумала — а зачем? Зачем он мог прийти? Чтобы посмотреть ей в глаза и спросить, как она могла? Или сказать, что между ними теперь всё кончено?

В любом случае, зачем ей это слышать? Чтобы снова стало плохо?

С другой стороны, хоть посмотреть на него в последний раз.

Пока Меланья решала, стоит ли открывать, она подошла к двери и прислонилась к ней лбом. Потом щекой.

Стоит ли открывать?

— Я знаю, что ты там. — Тихо сказал Эштон. Но она всё равно услышала.

Потом раздался такой звук, будто он тоже прижался к двери с той стороны.

— Открой мне, пожалуйста.

Рука дрожала. Меланья потёрлась о дверь лицом, как будто дверь — то же самое, что плечо Эштона. Но, конечно, ничего похожего — просто холодное и твёрдое дерево.