— Порядок? — Спросил Крокус. Меланья кивнула.

Впереди на дороге лежал байк. На боку, будто с него соскочили и бросили в спешке. А чуть дальше на обочине темнела огромная машина. Фургон. Он покосился, но на бок не упал. Света в нём не было, только где-то в кабине мигал красный маячок.

— Меланья, спрячься. Крокус, жди в машине. Жорик, обходи справа, только тихо. Увидишь чужих — стреляй. Понял? Не тяни, сразу стреляй! Своих тут нет.

— Понял.

Меланья и сделать ничего не успела, как Эштон выскочил из машины и пропал в темноте. Хорошо хоть с оружием, это она успела заметить. Он держал в руке пистолет, а на лбу у него были очки ночного видения.

— Ляг. — Сухо сказал Крокус.

Жорик тоже выскочил и громко, неуклюже потопал к фургону. Даже странно, как такой невысокий и лёгкий человек может так шуметь.

Меланья послушно легла на сидение. Крокус достал пистолет, прижался затылком к углу между сидением и окном, и замер.

Было тихо. Свет в машине не горел, но приборы ещё светились. Несколько секунд… всё погасло. Теперь только красный огонёк впереди, да на небе засветилась тусклая одинокая звезда.

Ничего не было слышно. Вообще ни звука. Даже лесные шорохи стихли.

Меланья лежала на сидении и ждала. Неудивительно, что они не могли найти себе помощницу. Это явно не то, чем ей хотелось бы заняться свободным вечером.

Хотя… Меланья вспомнила Ковбоя.

Может, всё в лучшему. Слишком противоречивые чувства он у неё вызывал. Желание… и какое-то опасение. Наверное, она бы всё равно рискнула, если бы её не отвлекли, всё равно попробовала бы с ним переспать, но повезло, что отвлекли. Теперь Меланья хотела точно узнать насчёт семьи Эштона. Её не пугал даже пацан из запрещёнки, она была уверена, что прекрасно найдёт с ним общий язык.

Выстрел раздался очень резко. Один, а за ним следом сразу второй.

И снова тишина.

— Не бойся. — Тихо сказал Крокус.

— Я не боюсь.

Он засопел, попытался что-то рассмотреть в кустах.

— Иди к ним. — Сказала Меланья.

— Что?

— Иди. Ты же хочешь к ним? Убедиться, что это не в них стреляли и всё в порядке?

Крокус снова посопел.

— Эштон сказал сидеть здесь.

— Я сама посижу. Запрусь. Меня не найдут. А там лишний человек не помешает.

Он молча уставился в окно. Колебался. Меланья понимала, ему приказали сидеть в машине. Наверняка только из-за неё. Эштон боялся, что на неё нападут. Но он не знал, что Меланья не боится. Конечно, она прекрасно понимала, что смерть в игре не то же самое, что в реальности. Но после запрещёнки у неё, если честно, стёрлись границы. Она думала — может и всё вокруг — это просто игра? Дурацкая, следующая пусть ужасным, но правилам, со своими приятными мелочами и неизбежностью в конце… может, тоже просто игра? И страх почему-то прошёл. Возможно, это ненормально. Возможно, так не должно было быть, но она и правда не боялась. Терять было нечего.