— Да уж. Теперь уже не лечит. Я, как законник, внёс его в сетевой чёрный список.

— Ты так умеешь? — Удивилась она. Чёрный список Сети — это просто жуткое пятно на репутации. Если туда попадёшь — считай, будешь голодать. Ну, клан не бросит, наверное, но сам зарабатывать не сможешь. Все люди, когда новых деловых партнёров ищут, всегда проверяют, чтобы тот в Чёрном списке не засветился.

— Я умею предоставлять доказательства. Потом Сеть вызвала его на допрос с несколькими действующими специалистами — и он его провалил. То есть мои показания подтвердились. Ну, что основная его цель была — продать побольше медикаментов. Так что я не столько карал, сколько просто доложил.

Эштон скривил губы. Кажется, ему не нравилось то, что пришлось это сделать. Зато остальные больные будут в безопасности.

Говорят, до постапокалипсиса были целые дома, куда помещали психически нездоровых. А сейчас таких домов нет и они свободно перемещаются по миру. В запрещёнке их было полно. Меланья даже научилась их вычислять. Существовало два типа самых опасных психов. Первые — по ним сразу видно, что в голове бардак. Обычно они обвешивали себя холодным оружием, чтоб побольше и пострашнее, раскрашивали лица какими-то отвратительными рожами и плотно окутывали своё тело ремнями и верёвками. Любили таскать за собой диких животных. Виртуальных, конечно, но выбирали самых жутких тварей — чтобы много острых зубов, ядовитый укус, щупальца и иглы, в общем, всё такое. Но куда опасней был второй тип — тихушники. Их от обычных людей не отличишь. Единственное — они очень тихие, незаметные, шныряют где-то на заднем фоне. Потом про таких говорят — «никогда бы не подумал». Меланья чётко усвоила, что именно эти кадры первые в списке тех, от кого следует держаться подальше.

Василиск таким не был. Он был живым, испуганным подростком. Но он не был злым или подлым. Иначе не стал бы молчать про Меланью. Попытался бы хотя бы извлечь пользу, шантажировать. Но Василиск правда думал, что всем плевать. Наверное, это значит, что он одинок. Даже если на самом деле это неправда, он так чувствует. Это его реальность.

Вскоре они приехали к дому. Эштон остановил машину и выскочил на дорогу.

— Иди. — Сказала Меланья, когда увидела, что Эштон замешкался, пытаясь ей что-то сказать и не находя слов. — Иди.

Тот кивнул и сразу побежал в дом. Меланья пошла следом.

Эштон пробежался по дому. Он звал Василиска, но ответа не было. Потом он быстро спустился в подвал. Меланья в это время уже стояла в коридоре и видела лестницу вниз. Конечно, она тоже туда пошла.