— Смотри мне, малец. Полсотни меди.
— Тогда еще сумку, — вякаю я, не подумав.
Продавец уставился на меня еще с большим подозрением. Че пристал то? Мало ли что я в пещерах еще найду? Заодно еды и попить с ярмарки прихвачу. Вот ведь подозрительная непись.
— А ты откуда?
— Матушка не велит чужим про себя рассказывать. Вы продаете товар или нет? — начинаю терять я терпение.
— Сто пять меди. Одну серебрушку давай и в расчете. А по чужим садам не шастай. Поймают — мамка не спасет от порки.
Перекидываю сумку через плечо и понимаю, что с трехметровым дрыном среди ярмарочной толкотни особо не побродишь. А мне бы попить. Да и перекусить не отказался бы. Желудок так и крутит. Теоретически можно не есть вообще, но как же тогда, наверное, хреново себя чувствуешь? Ну нафиг.
— Дяденька, а можно я у вас палку оставлю пока? Мне еще еды купить нужно.
— Оставляй, конечно. Только не палка, а черен, — продавец резко подобрел.
Видимо то, что я собираюсь покупать еду, а не воровать яблоки, его сильно успокоило. Вот ведь. Вообще забавно, что когда ведешь себя как непись, все тебя так и воспринимают. С одной стороны это прикольно. Маскировка. А с другой, могут пристать, как банный лист и попытаться к родителям отвести. Чтоб не шлялся без присмотра. По книжкам у хоббитов сорок лет — подростковый возраст. А я вообще еще малолетка, выходит? Может потому продавец и выделывался?
Еды на ярмарке оказалось полно. Целый копченый говяжий окорок стоил три серебра. А здоровенная буханка хлеба двадцать меди. Вот только ни то ни другое в мою сумку попросту бы не влезло. Поэтому, найдя тетку, которая резво резала бутерброды, я обрадовался и прикупил сразу пять по десятку меди за штуку. Один сразу слопал, а четыре припрятал, благо хоббитка заворачивала их в желтоватую плотную бумагу. Каждый отдельно. У совсем молодого хоббитенка прикупил литровую бутыль грушевого сидра с удобно отщелкивающейся пробкой.
За прилавками в основном хоббиты и были. Изредка, со всяким кузнечным инструментом попадались кубообразные гномы. Люди, в основном женщины, торговали тканями.
Попался даже эльф со всевозможными специями, половины из которых я в жизни не видел. В реальной жизни, конечно же.
Молодая симпатичная девушка, тоже эльфийка, по-видимому дочь, прямо рядом с прилавком отца, в котле варила какую-то юшку. Запах разносился такой, что мои мохнатые ножки так и приросли к земле. Неслабая такая реклама папиного товара.
Тут же взяв тарелку и заплатив четверть серебра, я принялся поглощать вкуснятину, как не в себя. По вкусу понять, из чего она приготовлена, оказалось довольно сложно, но когда на зуб попадались кусочки мяса, сразу возникала мысль про конину. Потому что фиг прожуешь.