Форсайт хорошо поработал этой ночью с ее Бета-бионтом, и достаточно глубоко заложил основные установки поведения в среде военных, вместе с необходимым заданием. Он прекрасно понимал, что Альфа-13 их сможет легко уничтожить, но надеялся, что этого не произойдет в силу его незнания принципов работы Сети и подчиненных ей бионтов. У пацана имелся серьезный недостаток информации по собственным возможностям, и не все из них могли быть легко обнаружены на ощупь.

Но даже если ему каким-то чудом удалось бы снять блок, то на этот случай у Фокса имелся запасной вариант — Рамон, который будет работать вне поля зрения самозванца, и держать постоянную связь со своим хозяином. А там он, исходя из полученных данных, уже решит, что нужно делать дальше.

Дверь с грохотом открылась и в комнату Вивьен забежали вооруженные военные. Люди распределились по комнате и быстро проверили все вокруг. Женщина внезапно почувствовала, как ее тело на секунду перестало принадлежать ей, и губы сами собой произнесли:

— Это Макс, я ее полностью контролирую.

Один из прибывших, видимо старший, начал задавать ей вопросы, на которые она отвечала уже заранее заготовленными ответами. Вивьен объяснила, что поругалась со своим мужчиной, и тот выгнал ее с корабля, вместе с дочкой. Он из жалости довез их до места, где вчера проводилась спасательная операция, и бросил вместе со всеми вещами дожидаться военных, а сам отказался присоединиться к ним.

Заговорщикам повезло, что вопросы ей задавал не Макс, иначе бы Вивьен просто не смогла ему лгать. Это была самая слабая часть плана Форсайта, в случае которой в игру должен был сразу вступить Рамон и доложить Двенадцатому о провале. Но знай они истинное положение дел, то поняли бы, что зря переживали насчет подобного исхода. Тернер бы никогда не доверил вести допрос юноше, поскольку так и не научился воспринимал его всерьез. Рассел интересовал его только как обладатель мощной защиты от зараженных, но не более.

Получив необходимые ответы, солдаты, нацепили на ее ноги пластиковые оковы. Такие же в первый день были на ногах Макса. Затем в комнату вошла женщина-врач и осмотрела раненую девушку, после чего велела солдатам переложить ее на носилки. Обеих женщин незамедлительно доставили в один из автобусов, так и не дав увидеться с юношей.

Последнее очень разозлило Макса, но Тернер терпеливо выслушал его протесты, и пообещал, что на базе он сможет общаться со своей подружкой сколько угодно, а может даже жить вместе, если тот не будет мешать проведению операции, чем быстро успокоил парня. Ведь он знал от Кевина, что офицеры стараются не нарушать своего слова.