Парковка перед рестораном забита донельзя, поэтому приходится ставить автомобиль почти за целый квартал, рядом с новым бизнес-центром. Я глушу двигатель, но не сразу выхожу на улицу. Ещё раз пробегаюсь любопытным взглядом по салону и касаюсь кожаной обивки сидений. Потрясающе. О таком внедорожнике можно только мечтать. Я открываю дверь машины и резко вздрагиваю от громкого голоса.

— Какого чёрта? — передо мной стоит разъярённая Алиса. Её ноздри раздуваются от злости, а в глазах полыхает ярость. — Какого чёрта ты разъезжаешь на машине моего мужа?

— Алиса, здравствуй! Какая встреча! — восклицаю я. — Какими судьбами здесь?

— Не заговаривай мне зубы, — злится она, скрещивая руки перед собой. — Спрашиваю тебя ещё раз: что ты делаешь за рулём автомобиля моего мужа?

— Какого мужа? Фиктивного? — Ставлю машину на сигнализацию и прохожу мимо девушки.

— Не лезь в мою семью, Агния! — кричит Алиса.

Я останавливаюсь. Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь. Вижу перед собой несчастную беременную женщину, которая, даже несмотря на все свои козни, не обрела того, о чём мечтает любой человек.

— Алиса, очнись! У тебя нет и никогда не было семьи с Даниилом. И я тебе больше скажу: её никогда не будет! Просто прими это наконец и займись своей жизнью. Тем более, в твоём положении, — я кидаю беглый взгляд на её уже большой живот, — думать ты должна только о ребёнке. Я мать и, поверь, знаю, о чём говорю.

— Ты как-то пронюхала, что у нас с Даней всё наладилось, и решила вернуться спустя столько лет и всё изгадить! — кажется, её голос слышен даже на соседней улице. — Собралась повесить на него ребёнка…

— Его ребёнка, — уточняю, а в глазах Алисы мелькает испуг. Я киваю в подтверждение её догадки. — Но вот твой малыш не имеет к Воскресенскому никакого отношения.

— Это не так! — рявкает она.

— Алиса, это не моё дело, и, в отличие от тебя, палки в колеса я никому вставлять не буду. Я всего лишь надеюсь, что у тебя хватит ума сказать правду. Даниил рано или поздно всё выяснит, и тогда… Ты ведь сама понимаешь, что тогда будет. А теперь извини, у меня встреча. И подумай о ребёнке.

Я ухожу вперёд и не слышу, что говорит Алиса. Вернее, не хочу слышать. Мне жаль её. Она в погоне за Воскресенским просто вычеркнула несколько лет жизни, а её одержимость им кажется пугающей. Я думаю, лучшее, что сейчас она может сделать, — это поработать с психоаналитиком. Как минимум для того, чтобы доносить ребёнка и предстать перед ним адекватной матерью.

— Агния, привет! Я рад тебя видеть. — Глеб целует меня в щёку, после чего галантно отодвигает мой стул.