— А со снарядами…
— Господин Второв свою недостроенную фабрику уже переделал под снаряжение снарядов для трехдюймовых орудий, через месяц обещает по двадцать тысяч в сутки отправлять. А вот компания братьев Салтыковых пушечными снарядами заниматься отказалась, но они уже заканчивают постройку снаряжательной фабрики для мин, и, если чугунное литье им будет поступать в запрошенных количествах, они и до пятидесяти тысяч мин в сутки выделывать смогут, уже в ноябре… ближе к концу ноября. Мои офицеры провели беседу с господином Тепляковым, он пообещал, что все будет ограничиваться исключительно литьем, а рабочих на завод он подготовит.
— Тепляков… это тот мальчишка?
— Так точно, именно он. Но, по словам инженеров компании, он свои обещания всегда исполняет, мне даже сказали, что он еще весной им пообещал совершить подвиг — ну а орден вы ему лично уже вручали. Да и Николай Иванович… генерал Салтыков тоже упоминал, что владелец компании к нему еще весной обращался за содействием в представлении мальчишки на орден, а на вопрос «за что», тот, смеясь, ответил, что-де мальчишка все пообещал подвиг достойный летом совершить, но, мол, бесплатно его совершать ему просто лень. И обещание свое он ведь сдержал!
— Ну да… а вот кто этим ополченцам приказал прежде всего всех германских офицеров уничтожить…
— Так капитал Сазанов уже в рапорте писал, что мальчишка и приказал. То есть он еще во время учебы всем говорил, что прежде всего нужно офицеров всех поубивать, а перед операцией да, приказ такой повторил.
— И ополченцы шесть германских генералов в Сувалках перелили, и сорвали почти готовую уже операцию германца по взятию Августова. А верно говорят, что в штабе германском этот тепляков больше всех стрелял по генералам?
— Да байки солдатские ему много подвигов приписывают… а документов-то об этом нет, и ни один офицер такого не подтвердил.
— Ну и ладно. Так когда новое оружие на фронт поступит?
Глава 6
Ковров был удивительным городом: небольшой совершенно уездный городишко, но в нем существовали уже реальное училище, для которого несколько лет начали строить новое здание (а до этого училище размещалось в небольшом честном домике), имелась женская гимназия (пару лет как преобразованная из прогимназии, как раз перед войной в ней первый выпуск состоялся), одна земская и парочка приходских школ — то есть дети в городе практически все образованием были охвачены. Правда, только мальчикам такое счастье обломилось, а вот у девочек начальных школ вообще в городе не было (если не считать того, что в одной из приходских девочек все же читать учили), так что больше половины девочек (и три четверти женщин, если не больше) были фактически неграмотными. И всем было на это наплевать… в смысле, до войны наплевать было, но война сильно сократила «трудовой ресурс», а заменить мобилизованных мужчин было просто не кем. Потому что «раньше бабы не работали», по домам они с детьми сидели в основном — ну а с окончанием первого года войны до местных буржуев все же дошло, что «так дальше дело не пойдет».