Второе пробуждение оказалось ничуть не лучше. На рассечённом виске налипла корка засохшей крови, голова ещё сильнее болела. Зато видел нормально, и руки теперь развязаны. И зачем было бить именно по голове? Я ведь в неё не только ем, как шутят боксёры. У меня там тонкая организация души, а эти корфу прошлись по ней тяжёлым армейским сапогом. И не один раз.

Дальнейшие попытки хоть как-то сосредоточенно мыслить привели к ещё большей боли. Пришлось какое-то время бездумно смотреть по сторонам, просто собирая информацию о месте заточения.

Узкая камера без намёков на окна, стены из непонятного металла, на потолке светильник с мутным стеклом. Здесь довольно сухо, ниоткуда не капает. Не похоже на подземные казематы, какие так часто любят показывать в фильмах про Средневековье. Но всё же это тюрьма или нечто похожее. Наверняка. Что-то слишком уж часто я стал попадать в подобные «заведения». Только в отличие от прошлого раза сейчас на мне надета лишь жалкая набедренная повязка — скафандр кто-то прибрал.

Как и воспоминания. Последний чёткий отпечаток — я смотрю на тактическую карту и соображаю, что делать с приближающимися кораблями, если до момента контакта не закончится расчёт прыжка. Рядом сидит сосредоточенный Женька и что-то калибрует в интерфейсе управления огнём. Дальше пустота, потом двое амбалов с хвостами, пинок по голове, камера. Похоже, кто-то переиграл в свою неуязвимость. Не помогли ни «суперкорабль», ни «суперзащита» с маскировкой. На поверку оказалось, что мы глупо попались в ловушку, а древние технологии арраяр спасовали перед современными.

Лежал я на полу долго, в горле даже успело пересохнуть, а воды здесь нет. Наконец, попробовал встать. Тело вроде слушается. Два шага вперёд — запертая дверь, два шага назад — глухая стена. Попалась муха в коробок из-под спичек. Осталось только потрясти, чтобы зажужжала. Жужжу, то есть стучу по двери. Никакой реакции. И сколько мне здесь сидеть? Так и с голода помереть недолго, хотя нет, раньше от обезвоживания скончаюсь. Без воды человеку худо.

Часы в почти абсолютной тишине камеры тянутся бесконечностью. В голове каша из разрозненных мыслей, вариантов побега, предположений о местонахождении Женьки и корабля. Да и меня самого. И ничего толкового на ум не приходит, всё случилось слишком быстро и непонятно.

Наконец, спустя вечность, послышался лязг засова и скрип двери.

— Выходи, — голос пришедшего корфу был лишён каких-либо эмоций.

Такие приказы лучше не игнорировать, выхожу. С вопросами не лезу, последний раз это закончилось ударом по голове. За дверью узкий коридор, слишком узкий для рептилоида, но вполне нормальный для человека или мадрибца. И как корфу будут расходиться при встрече? И как меня тогда приволокли сюда? Вроде они не друг за дружкой шли, а рядом.