Я снова посмотрел назад. Из хвостовой части начал вырываться огонь. Кр-рак! Сначала оторвалось верхнее из двух сохранившихся правых крыльев. Кр-рак! За ним последовало и второе. Истребитель превратился в свободно падающую болванку. Огонь и дым усиливались.

— Сейчас рванёт, — как-то буднично сообщил я Женьке.

Тот не ответил.

Прошла ещё пара долгих секунд. Бам-м! Последнее, что я почувствовал, это как отключились гравикомпенсаторы. Теперь точно конец.

* * *

Маддар, 29.10.1098 от П. К., около станции «Жемчужина»

Третий и последний на сегодня отряд десантников корфу из посланных внутрь вернулся в лагерь полчаса назад. Зачистка станции шла пока без особых проблем. Оставшиеся в живых мадрибцы почти не оказывали сопротивления. Но без потерь всё же не обходилось. Однако руководство экспедиции не расценивало их как серьёзные или препятствующие дальнейшей зачистке. Внутри «Жемчужины» засели обычные космонавты, а не военные. Максимум, чем были вооружены птицы — это пистолеты. Против тяжёлого вооружения и такой же брони почти ничто. Сопротивляющихся десантники даже не замечали, проходили, как бы выразились на третьей планете новооткрытой системы, «словно нож сквозь масло».

Опасность представляли только засады или ловушки, где знающие техники или инженеры-мадрибцы использовали импровизированные бомбы. Те немногочисленные потери среди десанта приходились именно на такие моменты.

К концу дня «Жемчужину» успели окружить автоматическими турелями с датчиками движения, рассчитанными на мадрибцев. Сверху её контролировали флот и боевые платформы. Всё же внутри станции до карантина находилось достаточно много кораблей различного типа. Ненужных проблем корфу не хотели. Однако пока никто даже и не пытался воспользоваться этим способом покинуть «Жемчужину».

Разворачивать ещё один лагерь корфу посчитали излишним, а тем более посылать и так ограниченный контингент десантников на патрулирование местности вокруг станции. Справятся и автоматические системы, слишком уж большого диаметра была станция. Это всё равно, что размазать тонким слоем то самое неизвестное масло по ещё более неизвестному хлебу. Десять отрядов по двадцать корфу в каждом просто растворились бы в лесах вокруг гигантской упавшей полусферы.

Строго говоря, именно упавшей её было сложно назвать. Учёные из экспедиции со всей уверенностью заявляли, что станция села, а не просто так грохнулась на поверхность планеты. Снаружи видимая часть «Жемчужины» выглядела абсолютно не повреждённой, всё так же блистая белыми боками. А при неконтролируемом падении она бы не только хорошенько прожарилась, если не больше — развалилась на мелкие фрагменты, но и вызвала бы нехилый врыв при соприкосновении с землёй. Однако вокруг, кроме небольшого фрагмента, повреждённого при посадке, стояли нетронутые леса, тишина и спокойствие.