Подготовка к прыжку шла своим чередом. Мы никуда не торопились, и нас никто не торопил, хорошее время. Меньше всего проблем доставил «Веясанлан», в нём никто, кроме Назира Фхана, за последний десяток тысяч лет не ковырялся. За диагностику дополнительных систем отвечал недокументированный параметр«/лзр» , только после ввода команды в таком формате они появлялись в списке и с ними можно было работать. С этим скрытым атрибутом вообще вышла забавная ситуация: если указать его при запуске сканера, то последний тут же найдёт «глаз Лазаря», а если нет, то будет упорно игнорировать даже открытые настежь створки.

От «Вояджера» требовались лишь свободные стыковочные порты на корме. Но мы решили пойти дальше и не только вернуть ему прежний хищный вид, но и отремонтировать уже родную обшивку. Ещё при первой встрече с безымянным тогда кораблём чужих меня поразили следы от попаданий метеороидов: глубокие, некрасивые. «Веясандар» хорош против техники корфу и мадрибцев, эдакий стальной дредноут посреди парусных джонок. Но не превратиться ли он сам в деревянную лоханку после прыжка? Не станет ли единственной нашей защитой толстый корпус?

Снимать старые плиты и заменять их новыми не пришлось, да и не было у нас такой возможности. Когда сканеру, что называется, дали волю, он моментально отыскал неподалёку от излучателя остатки корабля снабжения проекта «Лазарь» с грузом ремонтных комплектов. Дрону оставалось только залить дыры специальным многокомпонентным составом, дождаться полного «застывания» и зашлифовать неровности. Через несколько дней «Вояджер» выглядел будто недавно сошёл с конвейера, разве что не блестел на солнце, поскольку матовый серый цвет поверхности никуда не делся.

А вот с чем действительно возникли проблемы, так это с раскуроченным «Веясанривом». К Аррае он прыгнул удачно, не взорвался и не застрял между слоями пространства, но вот далее… Первой мыслью после команды #диагностика/лзр была:«Мы никуда не летим!» , точнее, первым было слово, и очень некультурное. Настолько сильно корабль повредили наши учёные. Нет, они это сделали не со зла, к тому же, имея на руках только один и довольно варварский способ исследования, им удалось освоить технологию гиперпространственных переходов, хотя и с оговорками. Но всё же, всё же… Однако благодаря новым возможностям сканера, найденному «снабженцу», тщательному обыску складов самой лаборатории и помощи доставленных со станции «Заря» роботов, ремонт удалось завершить в самые кратчайшие сроки. За двадцать девять дней.

Да, мы торчим у Арраи уже три месяца. Но мы не Фродо Беггинс, который пустился в путешествие только через семнадцать лет после дня рождения Бильбо, мы не сидели праздно возле дома и не пускали колечками дым, мы работали. Ну и праздно сидели тоже. Да так однажды насиделись и наговорились, что решили устроить прощальный тур по местам былой славы. Топлива было навалом: для реактора «Лазаря» гелием-3 арраяр запаслись с избытком. Контейнерами с «элементом-23», наверное, можно было заполнить всё пустое пространство внутри кораблей, и на складах бы не особо убавилось. Что мы, собственно, и сделали, в разумных количествах. Теперь прыгай хоть на край Вселенной! Однако мы ограничились Солнечной системой, арраярскими колониями и планетами Мадриб и Корфу.