* * *

Какое-то повторение пройденного. В который раз уже? Я лежал, да, наверное лежал. Плевать, чтобы проверить направление гравитации, как советуют попавшим в снежную ловушку альпинистам, не хотелось. Я тоже находился подобной ловушке, не пошевелиться. И темнота вокруг, её не может разогнать и система ночного видения. И связи нет: ни с Женькой, ни с кораблём, как будто кто-то заблокировал не только эфир, но и гипер. Это очень странно, последнюю такую глушилку я видел в миллионах световых лет отсюда на Маддаре, правда я не видел, как она взрывается, однако сути это дело не меняет.

Я выключил весь интерфейс и превратился в слух, единственное чувство, которое у меня осталось. Ничего. Только тихое дыхание, сердце давно успокоилось, а мозг ещё не начал генерировать недостающие звуки, как он любит делать в подобных ситуациях. Есть у него такая нехорошая привычка, не может он принять реальность, где существует только пустота.

Часы на виртуальном экране исправно отсчитывали секунды: с момента «происшествия» прошло примерно полчаса. И мне до сих пор непонятно, где вообще нахожусь. В конце времён? Преисподней? В самом начале истории, перед моментом большого взрыва? Хотя нет, времени тогда ещё не существовало. И по датчикам ничего не проверить, они показывали абсолютную белиберду: то отсутствие кислорода, то чистую атмосферу из него, температура за бортом тоже скакала от абсолютного нуля до миллиона арраярских градусов.

Свет в «конце туннеля» появился внезапно. Я даже сначала принял маленькую светящуюся точку за наконец-то пришедшую галлюцинацию. Однако маленькое солнце постепенно увеличивалось в размерах, пока резко не заполонило всё поле зрения, а потом… потом я вывалился на пол, какой только что видел в колонии. Приложился не сильно, скафандр скомпенсировал удар, но красивой позы супермена не получилось. Распластался, как корова, которая решила прогуляться по льду.

— Пустота, — выругался я и попытался встать.

Гравитация, что-то с ней не так: меня подбросило вверх, будто я опять стал Джоном Картером. Вот только не помню, чтобы выкручивал компенсаторы на максимум.

— Ещё один, — раздавшийся за спиной голос почти заставил меня подпрыгнуть снова. — И откуда вы такие красивые берётесь?

Я медленно повернулся.

Честно сказать, даже не знаю, что из увиденного мною было более удивительно: брюнетка лет тридцати с жёстким, оценивающим взглядом, одетая в белый халат, клетка с толстыми прутьями, в которой я находился, и точно такая же с грустно улыбающимся Женькой, или обстановка, напоминающая научную лабораторию.