Не заметить мое приближение ни у кого из ликанов бы не вышло. Я единственное красное пятно на этаже. Так что Рьерт махнул рукой своим воинам, и те расступились передо мной, я же схватил лорда за плечо и потащил за собой.

— В подземелье спокойнее, — перекрикивая рев грома, прорывающийся в крепость снаружи, заявил я. — Сгони всех туда, когда пройдет буря, выйдут, ничего с ними не станется.

— Уверен? — спросил тот.

— Да, и сам туда же спускайся, не переживай, там привидений нет, я их всех уже разогнал.

Выпроводив таким образом из своего донжона всех лишних, я выглянул наружу. Внутренний двор просто утопал в грязи — брызги воды подбрасывали ее на высоту в метр, оставляя потеками и клочьями на стенах бараков, частоколе и фигурах передвигающихся под ливнем воинов.

Некстати я вспомнил о шаманах. После смерти Огрима Круг как-то подозрительно замолчал, совершенно не отреагировав на гибель двух своих товарищей. Неужели и среди них идет грызня за хлебные места? Впрочем, я не знаю, могут ли шаманы творить подобные вещи, как эта буря, но когда не уверен в способностях врага, стоит ожидать худшего.

За свою карьеру геймера я не раз и не два лично видел, как люди проигрывали миллиардные гонорары просто по той причине, что недооценили противника. А соперник, прикидываясь белой овечкой, в конце турнира сбрасывал руно и обращался в настоящего демона преисподней. Помимо прочего, на месте Круга я бы и сам ударил из калибра крупнее — зачем рисковать собственной шеей, когда можно просто наслать на меня бурю, а та уже размажет потерявшего берега архидьявола.

Выбравшись наружу под тяжелые потоки сплошной воды, я приложил ладонь козырьком ко лбу, пытаясь рассмотреть воинов на стенах, но струи ливня смазывали все в неразличимое серое пятно. Даже дьявольское зрение не справлялось — всего и толку, что мог разглядеть в общем потоке каждую каплю, проносящуюся перед носом.

Двигаясь по колено в жидкой грязи, я отметил про себя, что нужно будет сделать обязательно стоки — благо подземелье есть, и далеко копать не придется. Иначе мы так будем после каждого дождя утопать по шейку в дерьме. А мне, как жителю XXI века, хочется быть чистым и опрятным. Нет ничего хорошего в мужике, от которого разит потом за километр. Никакое обаяние не поможет, если ты воняешь, как последний бомж.

Добравшись до лестницы на стену, я поднялся по мокрым ступеням. Сгрудившиеся под навесами воины смотрели на меня с неудовольствием — ну да, если я решу залезть к ним, кому-то неизбежно придется вылезти под ливень. Но я лишь махнул им рукой и прошел дальше.