Чары с каким-то гудением просто мазанули по чудовищу, оставив на подпаленной и перерытой ударами земле длинную раскаленную полосу. А вот монстр вдруг словно застыл посередине движения. Медленно обернулся, протянул в сторону падающего с высоты третьего этажа чародея руку. А затем беззвучно развалился на две части.

Только после проверки трупа и того, как тетка Марфа лично подтвердила, что тварь сдохла, мне позволили спуститься во двор. Вблизи уродец выглядел еще более мерзко, нежели издалека. Дополнительные конечности твари росли совершенно бессистемно, в разные стороны, как Уроборос на душу положит. И, кажется, совершенно не имели никакой связи с основным скелетом создания. Однако при этом, как показало сражение, были функциональны и очень опасны.

— Так что это за тварь-то? — поинтересовался я у наставницы, подходя к одноглазой женщине, внимательно осматривающей труп монстра. — Я о такой даже не читал…

— Это то, — как-то рассеянно посмотрела она на меня, — так домовой это…

— Д-домовой⁈ — я в шоке перевел взгляд на монстра. — Но они же…

— Ну, в обычной ситуации домовые действительно похожи на резко постаревших детей, — пожала плечиками женщина. — Эти чудовища, пробравшись в человеческое жилье, какое-то время живут там незаметно для настоящих хозяев. То есть зачастую их может увидеть только либо незваный гость, либо хозяйка через зеркало или боковым зрением. Пробираются же они в дом, спрятавшись в тени хозяина… И пока они там, им не страшны ни барьеры, ни обереги. Так, судя по всему, с клановым простецом, эта тварь в посад и пролезла.

— Да, я знаю все это, — покачал я головой. — Работает человек в поле и вдруг нездоровится ему. Один из первых признаков того, что к нему в тень домовой забрался. Это я еще в последнем школьном году принудительно в себя с остальными знаниями впихивал. В том числе помню, почему их вообще «домовыми» кличут. Он вроде какое-то время даже простенькие дела по хозяйству пытается делать, людям помогает. А потом, когда видит, что на него внимания особо не обращают, начинает считать дом своим, а себя хозяином. Людей просто убивает, а из тел заготовки на зиму делает, сам же начинает под кого-то из погибшей семьи маскироваться, то под мужика, то под бабу, а то под детишек. И все время к себе в логово гостей пытается звать.

— Ну… в общем-то, верно, — покивала наставница. — Правда, все немного сложнее… В любом случае то нормальный домовой. А этот, в какой-то момент поднакопив дармовой живицы, попытался эволюционировать в так называемого хозяина места, но не смог, вот и мутировал.