— Я думаю, что это опять Злобыня… — стукнув вдруг кулаком по столу, словно прочитав мысли своего секретаря, заявил Глава Черемисиных. — Он вечно делает всё, чтобы только усложнить мне жизнь! Давай, иди, и выведи мне его на чистую воду! Это мог быть только он…

— Немедленно будет сделано! — кивнув и вновь поправив очки, радостно кивнул молодой человек, после чего развернулся и степенно вышел из кабинета.

Чего, погрузившись в свои мысли, он не заметил, так это того, что, ругаясь и угрожая кому-то в пространство, глава клана прекрасно видел капельку пота, стёкшую по виску внешне невозмутимого секретаря. Так что, когда парень ушёл, мужчина, который на самом деле был аккуратистом и не терпел бардака, поправил покосившийся зелёный телефон на своём столе и, подняв трубку, дождавшись ответа, сказал:

— Оператор, передай Злобыне, чтобы принял крысёныша и узнал всё возможное… — после чего, оборвав звонок, покачал головой и, отвалившись на кресло, прошептал: — Зарвался ты, Семён, ох зарвался…

Простецы клана Черемисиных, даже находясь на высоком посту, были не в курсе, что даже после явной либерализации внутренних правил клана их настоящий статус был не так уж и высок. Их ценили за таланты, взращивали и даже позволяли лишнее, покуда они оставались полезны, но на самом деле не доверяли и за всеми их действиями тщательно следили, а также контролировали каждый шаг.

Всё-таки настоящие чародеи, даже ударившиеся в торговлю, оставались чародеями, какую бы маску на себя ни натягивали. А простецы, пусть и связанные с ними кровью, всё же были слабы перед искушениями и очень редко когда абсолютно надёжны.

Так, для всех окружающих будет объявлено, что секретарь главы клана, который вскоре внезапно исчезнет и из родового гнезда, и с рабочих площадей, как и многие до него, был направлен в Старый Посад на какую-нибудь важную должность. А вскоре о нём и вовсе забудут… ведь он вроде бы как работает на благо клана! Ведь никто не знает, что тот самый Старый Посад, владение, в котором жили Черемисины до вливания в Москву и который поддерживали несколько веков в Зелёной Зоне, ещё почти сто лет назад был разрушен и сожжён как раз теми самыми Бажовыми, которых этот молодой дурак спровоцировал своими действиями!

— Эх… всё же жаль терять такого помощника…

** *

— Ах…. Это всё наконец-то закончилось… — тяжело и счастливо выдохнув, Ирвинг буквально упала и погрузилась в глубокое и мягкое кресло элитного ресторана на сто двадцать пятом этаже в небоскрёбе, который назывался «Иггдласиль».

Да, девушка была в откровенном шоке из-за того, что небоскрёб московских Бажовых хоть и по Хольмгарёрски, но впрямую был назван «Священным Древом». Она даже сначала не поверила, всё же слышала о некоторых правилах наименования в Москве, но, по словам Катерины, княжны московской, которую она, конечно, в одностороннем порядке знала, а лично познакомилась только по приезде… Даже если бы глава захотел назвать своё новое родовое гнездо просто по-московски «Священным Древом», будущая княгиня, с которой они выступают на одной стороне гражданской войны и которая по совместительству является его практически второй матерью, непременно бы согласилась.