Почему же многим подобная революционная концепция изменений в полисе показалась привлекательной? Вопрос открытый… Вряд ли потому как на той стороне все дураки. Но, как я лично думал, произошло это по той причине, что сейчас многие увидели для себя большой шанс сесть на верхушку пусть и небольших пирамидок и возглавить в итоге, активно выслужившись перед лидером. И это касалось не только чародеев, но и простецов. В том числе тех, кто сейчас сражался в рядах отрядов народного ополчения. Ведь мечтать в таких ситуациях можно о многом, а соблазн взять, да и встать над многими одарёнными, велик, даже если понятно, что тебя, когда потеряешь свою ценность, просто возьмут и выкинут прямо под основание самой большой пирамиды.

Возвращаясь же к нашим изменениям, среди бойцов на нашей стороне тоже появились простецы. В основном то были «Охранные дружины», которые начали организовывать кланы по просьбе обычных людей, как раз для защиты наших территорий от «ополченцев». Ведь на каждой улице по хотя бы две пары рук чародеев не поставишь, потому как учитывая, что противник вооружён именно армейскими штуцерами и имеет доступ к боеприпасам с защищённой от чар искры гильзой, повторение ситуации, в которой я в конце августа вырезал толпу простецов в одиночку, да ещё и в лоб, уже трудно было представить. Тут следовало или самому первым нападать из засады, лупя теми же огненными шарами, или стараться максимально быстро сократить дистанцию и перейти в ближний бой, молясь Древу, чтобы тебя случайно не подстрелили именно из-за криворукости стрелка.

Мера же с дружинами стала необходимой из-за откровенного бесчинства «ополченцев». Крича о том, что они несут на своих плечах новый строй, освобождение другим простецам из-под гнёта кланов, и вообще, им следует немедленно присоединиться к ополчению и сражаться на правильной стороне, они при этом не гнушались насиловать, грабить и убивать в захваченных районах. Ведь это не их дом, а найти причину, по которой мародёрство превращалось в сбор законных трофеев, было сложно разве что в отрядах, к которым присоединились бывшие армейцы. Да и то не всегда.

Другим же изменением нашей ситуации можно было считать постепенное вливание в наши ряды как выживших представителей жандармерии, так и разнообразных крысоловов и прочих «околочародеев». Для них новый строй выглядел даже соблазнительнее, чем для простецов. Потому как особых иллюзий о новой власти большинство из них не питало, а вот то, что их место окажется в самом низу пищевой пирамиды, если уж даже настоящие чародеи отправятся туже же, они понимали прекрасно.