зубной пасты? А без зеркала? Без одеколона? — Зато здесь не существует будильников… Князь Сакульский натянул мягкие замшевые сапоги, поднял с сундука скромную темно-малиновую ферязь, подбитую горностаем и украшенную янтарными пуговицами, опоясался драгоценной булатной саблей, снял со стены колчан с лайковым луком, тут же привычно накрутил золотое кольцо с фаской посредине на большой палец правой руки, застегнул серебряный браслет на запястье левой. Боевые стрелы оставил на месте — у Пахома на холопьей поляне наверняка имелся запас истрепанных учебных. После теплого дома на крыльце перехватило дух от нещадного мороза. Небо было чистым, как нарисованным, в лучах солнца искрились, словно горы драгоценных самоцветов, сугробы, деревья стояли одетыми в тонкие пушистые костюмчики изморози. Среди всего этого великолепия расхристанный рыжий Феофан в драном тулупе тянул сани, нагруженные конским навозом вперемешку с сеном, к выгребной яме, что лежала аккурат между княжеским домом и деревней, пускающей в небо слабые сизые дымки из черных труб. До весны — туда, а как снег сойдет — в поля навоз поедет, на пашни, что под пар в этом году оставлены. — Проза жизни. Навоз и солнце, день чудесный… — хмыкнул Зверев, сбежал по ступеням вниз и повернул вправо, за угол, на пустырь между дворцом и обрывом у затона, отведенный для занятий его скромной дружины. Разумеется, холопы были уже здесь. Под грозные окрики Пахома они отрабатывали работу саблей в пешем строю. Морозный день — лучшее время и для битвы, и для тренировки. Без брони ведь в драку не сунешься. А железо надевать — хочешь не хочешь, поддоспешник нужен. То есть: либо на два пальца плотного войлока, либо набитая ватой стеганка. Летом в полном доспехе просто на месте стоишь — и то сдохнуть хочется. Зимой же ничего, тепло. С саблей пару часов попрыгать — только согреешься в свое удовольствие. — Здрав будь, батюшка Андрей Васильевич, — поклонился дядька, непокорные лохмы которого на холоде встали дыбом, отчего голова княжеского воспитателя казалась шире его немаленьких плеч. Прочие холопы, кланяясь, торопливо сдергивали шапки. — И вам крепкого здоровья, служивые, — окинул взглядом полтора десятка ратников Зверев. — Занимайтесь, на меня не смотрите. — Ну че рты раззявили⁈ — моментально прикрикнул на отроков Пахом. — Щиты сомкнули, левое плечо вперед, товарища подпирай! Холопов было мало. По разряду князь Сакульский должен был выводить в поход пятьдесят полностью снаряженных бойцов: на трех лошадях каждый, в железных доспехах