— Насколько я помню, тебе запрещено появляться при дворе…

— Не в качестве нарха из рода Великого Арха Ламхитана, Ваше Величество, — парировал Арван, — или вы предпочитаете не пускать во дворец всех послов с моей родины?

Кай осекся.

— Нет, но…

— Да, это юридическая коллизия, — согласился Арван, — но Антон тут не в качестве лишенного привилегий подданного клерийского престола. Он теперь подданный Ламхитана и мой вассал, так что за все его действия несу ответственность лично я. Думаю, клерийское правосудие сможет принять такие гарантии.

— Ваше Величество, — это уже вступила в разговор Айрин, — я бы хотела все же услышать, по каким причинам был арестован мой брат. Насколько мне известно, Орвист всегда был максимально предан престолу и лично вам.

С таким заявлением спорить было невозможно. В прошлом бастард-гвардеец, после — наследник рода и, наконец глава дома де Гранж, Орвист всегда был в «партии короля».

— Арест вашего брата связан с его торговой деятельностью и является благом для короны и престола, арха-та, — холодно ответил Кай.

— Вы хотите сказать, Ваше Величество, что арест является благом для тройки герцогских домов? С каких пор герцоги — это Клерия?

Я не выдержал и пустил едкую шпильку.

Да, Кай определенно сдал, возможно, даже сильнее, чем рисовалось в воспоминаниях Вилы. Сейчас, вместо того, чтобы признать, что его приперли к стенке собственные аристократы, он пытается оправдываться!

Мы препирались еще около получаса. Кай заявлял, что Орвист нарушил торговые законы Клерии, чем нанес ущерб не только казне, но и другим домам, за что был арестован и доставлен в столицу. На наши вопросы, с каких пор торговля с родней — преступление, Кай съезжал, будто жиром намазанный.

— Боги, какой же ты гордый идиот, — не выдержал я и буркнул себе под нос, потирая от усталости глаза.

Прямо сейчас Кай и Арван горячо спорили на тему судьбы Орвиста, но как-то так получилось, что моя фраза попала именно в промежуток тишины, когда оба мужчины набирали в грудь побольше воздуха, чтобы продолжить ругань.

В кабинете повисла тишина. Все остолбенели, Сания — побледнела, а Кай, наоборот, стал красным.

— Что ты сказал, Тинт? — прошипел Кай, буравя меня взглядом.

На кончиках пальцев короля непроизвольно стала собираться ледяная стрела. А вот это уже вывело меня из себя.

— Если ты закончишь колдовать и метнешь в меня этим, — кивнул я на пальцы короля, стягивая перчатку с правой руки и демонстрируя Фотену пылающую руну Пала, — я ее поймаю, а потом затолкаю тебе в глотку, Ваше Величество.

Не знаю, то ли моя угроза, то ли вид пылающего артефакта так подействовали, но король как-то мигом обмяк.