Последующие два дня прошли в хлопотах. Я искал нам корабль, Лу маялась от безделья, ведь в этом городе у нее не было алтарного камня, а Риса слонялась между общим залом и своей комнатой. Как-то незаметно для нас в первый же день магичка знатно напилась, нахамила разносчице, чуть не сожгла весь постоялый двор и наконец-то отключилась в своей комнате. Это мне по возвращению из порта сказала Лу.

— Знаешь, она вот-вот сорвется, — тихо сказала богиня мне в коридоре, проверяя, как там наша нежданная спутница, — Может оставим ее? Пусть добирается до Клерии, как и все. Денег оставим.

— И далеко она уйдет? И что с мечом? Просто заберем и скажем, что это теперь не ее забота? Она же и огненным шаром шарахнуть в спину может, — возразил я.

— С каких пор ты боишься огненных шаров?

— Знаешь, у меня вообще сложные отношения с огнем, — сказал я, потирая правую руку, которая сейчас была затянута в перчатку.

Лу мне ничего не ответила. По сути, Риса нам нужна была только как переносная зажигалка и вьючный мул, который несет на своем горбу древний артефакт.

Меч Пала, который кто-то перековал в «бандитский» нож. Я подробно описал и показал богине, как выглядел меч в бездне — весь клинок в трещинах, из которых тянет каким-то кроваво-красным вперемешку с рыжим светом. На первый взгляд могло показаться, что это свечение силы бога Войны, но проанализировав то, что я увидел, мы пришли к выводу, что от Пала там осталась только часть. Основа. В клинке было что-то еще.

Разговор мы продолжили уже в своей комнате, готовясь ко сну.

— Кто вообще мог сотворить такое? — спросил я в пустоту.

— Хороший вопрос, на самом деле. Никогда не слышала, чтобы перековывали артефакты, — сказала Лу, стягивая сапоги.

— Так это же меч Пала, а не Сидира.

— Все равно это предмет Старшего, Антон. Просто Сидир переделывает изделия смертных или как в твоем случае, одаривает своими творениями. Но вот та же лютня Калиты или скипетр Керма они сделали самостоятельно. Или коса Фора — Сидир может дал им свой горн, но старшие боги сами куют свое оружие или мастерят предметы.

— У Керма скипетр? Серьезно?

— А ты что думал, он своих врагов забивает насмерть туго набитой мошной? — рассмеялась Лу, прижимаясь ко мне покрепче.

— Ну не знаю. Может он набивает полный рот золотых монет и плюется ими со огромной скоростью…

Слышал бы это Керм лично, меня бы не спасла ни Лу, ни Калита, ни, наверное, сам Пал с Георой. Но вроде пронесло.

— И откуда в тебе это? — спросила богиня.

— Что именно?

— Способность все превратить в небылицу.

— Знаешь, когда ты четверть века живешь с планом умереть до того, как окончательно состаришься, чтобы не влачить жалкое нищее существование, а потом оказываешься в мире полным магии и богов…