Последней каплей стал посох, который тоже оказался артефактным, да еще и сразу с четырьмя рунами… В этот момент Риса перестала удивляться и поняла, что просто оказалась не в том месте и не в то время. Либо же, учитывая то, что хранилось в ее комнате…
Когда солдаты Кватта пошли на штурм, она приняла единственно верное решение: бежать за мечом и, если понадобится, помочь счетоводу. В записях говорилось, что он значительно увеличивал магическую мощь владельца, так что с его помощью она сможет прорваться через пресс, которым ее сейчас давил жрец Единого. Если меч не уничтожит ее душу раньше.
Было страшно. Очень. Почти минуту, пока где-то на первом этаже кипела битва, она тупо стояла и смотрела на торчащий из мешка меч. Она все же решилась, схватила оружие за рукоять, рванула на себя и… Ничего страшного не произошло. Как любой магический предмет, меч отозвался, и Риса почувствовала, что может пропускать через него свою силу. Впрочем, это точно так же работало и с рукотворными артефактами.
Она успела вовремя. Каким бы умелым воином не был Антон, его все же прижали к стене, а пресс жреца Единого не позволял счетоводу использовать свою ментальную магию. Так что девушка сделала то, что умела очень хорошо: сформировала свое любимое заклинание огненного лезвия, которое материализовалось прямо на клинке меча, и запустила его в строй кваттцев, что готовы были насадить на свои пики менталиста. Эффект, конечно, превысил все ее ожидания. Когда Риса увидела, какой силы вышло заклинание, у нее перехватило дух, ведь она даже не выложилась на полную… А лезвие вышло практически идеальным. Плотное, достаточно широкое, чтобы выкосить целый ряд, оно еще и оказалось настолько мощным, что не потухло на первом же бойце, увязнув в нагруднике и рассеявшись о металл. А сила… Четвертый класс! Таких магов, наверное, уже и не осталось — все полегли в войне против Кватта. И вот она, Рисанриэль, всегда мечтавшая сражаться на поле боя против врагов княжества или по найму, выдает такое колдовство.
Правда, почти моментально на нее навалился пресс жреца и она отключилась… А когда пришла в сознание, все уже кончилось. Ей пришлось кое-что рассказать счетоводу, после чего они спешно сбежали из города…
Через силу шагая в конце их строя, Риса все больше и больше убеждалась в том, что Антон участвовал в обороне Пите больше десяти лет назад. Тогда, когда погибли ее братья. Учитывая, что шанс встретить сразу двух менталистов с клерийским говором был равен примерно нулю, девушка быстро сделала правильные выводы.