— Его последовательница… сквозь века… Одна очень талантливая девушка, — Платон вспомнил юную симпатичную студентку, её «фокусы», хитрые глазки, слёзы перед профессурой при отчислении.

— У Грира была ученица? Вот это новости! Чтобы он кого-то терпел рядом с собой, да при этом ещё и делился знаниями? Наглый и заносчивый выскочка так хотел захватить власть в свои руки, используя силу чёрных драконов, что по-моему ему никто рядом не нужен был. Даже самая прекрасная красотка мира… Чтоб ему все пакости… Хм-хм… - стиснул зубы Каэмир.

— Нет… Вероника — не ученица, а именно последовательница.

— И кто же она? Из магов?

— Да! Совсем юная студентка «Академии Волшебства», отчисленная нами за стремление к знаниям. Тёмным знаниям.

— Поясни… — покачал головой маг.

— Упустили мы время, когда юная девица нашла скрытое с глаз людских убежище Грира. Начитавшись его трудов, она то и дело пыталась применить запрещённую в стенах академии магию… да и в знаниях скакнула слишком далеко по сравнению со своими сокурсниками… Побоялись мы тогда и указали ей на двери. На тот момент из профессуры, никто даже и подумать не мог, что красавица стала полноправной владелицей тайн тёмного мага.

— Чтобы отчисленная студентка смогла магией убить дракона?

— О-о-о! — протянул профессор, — Мой друг, поверь… смогла, — тяжело вздохнул ректор, -..и даже не одного. Хотя… на первый взгляд обычная деревенская девчонка, дочка бедной знахарки в Триангулуме… А вот что учудила… Лёд, огонь, магические сферы… то, чему мы учили студентов всё это время — просто игрушки, по сравнению с её колдовством, — разошёлся в своих речах Платон.

— Но зачем же девчонке убивать драконов? Не уж то…

— Яйцо, Каэмир. Ей нужно было драконье яйцо. Она в поисках лекарственных трав, как-то набрела на разрушенную крепость, где долгое время прятался Грир. Начитавшись его книг, обиженная недоучка решила приручить дракона. Сделать невозможное, чтобы доказать всем своё могущество. Взрослый ящер ей явно был не по силам. А вот малыш…

— И что в итоге?

— А что… она, вычислила логово драконов. Явилась туда в невидимой мантии Грира. Сама она вряд-ли смогла бы создать подобный плащ. Жестоко убив заботливую мать, ожидающую дитя, она выкрала яйцо и спрятала его. А в Триангулуме, когда разъярённый отец ещё не родившегося дракона явился мстить и жечь дома за разрушенную семью, она усмирила его тёмной магией, скрыв от всех своё лицо.

— Умно…

— Да, именно! Причём красотка даже лицезрела рождение огнедышащего малыша, — Платон продолжал делиться тем что выведал, — Но, правда, позже ящера забыла… У девушки появились дела поважней и драконы более её не интересовали.