— Да, а что, многим дядям нравиться! — опять тот дерзко подняв подбородок посмотрел на меня с вызовом, а девочка зазывно сверкнула глазами. Обалдеть!

— И что же вас так заставило этим заниматься ?— грустно я посмотрел на этих бедных детишек, конечно не от хорошей жизни.

Мы долго бодались с Туром взглядами, пока я не взял из кармана горсть новеньких золотых монет, сколько поместилось в кулаке и не высыпал в ладошки мальчишки и девчонки. Листик, видя, что все монетки не помещаются в руках у Тура, быстренько подставила свои маленькие ладошки снизу, помогая брату. И все равно несколько монет упало на землю, звонко издавая мелодичный звон. К нам тут же направились некоторые сутенеры и их бодигарды, но мои големы в момент обнажили оружие и те быстренько, с испугом ретировались обратно.

Кстати у нас было разрешение на ношение в городе и в подземелье ручного огнестрельного оружия, эти фальшивые документы тоже прошли проверку на детекторе и не вызвали никаких подозрений у проверяющих. Вот после этого мы прошли в ближайшее кафе и дети подробно рассказали свою нелегкую и грустную историю, которая могла случиться с каждым, сплошь и рядом. Их отца звали Доримир и был тот полугномом.

По профессии он был проходчиком на добывающем комбайне и зарабатывал вполне приличные деньги. И жили они тогда в Новом Строде. Мама у них тоже была не чистой эльфийкой, лишь на какую-то четверть или половинку, таких называли квартеронами. Все у них было хорошо, пока в шахте, где работал их отец не случилась авария. Комбайн и весь штрек обвалился, погребя под собой многих шахтеров, в том числе и Доримира.

Им конечно выплатили компенсацию, но попросили сдать золотую карточку жителя Нового Строда и выпнули из подземного города. На эти деньги мама купила в Корнте жилье и поступила на тяжелую работу, на которой сильно простудилась и заболела. Маму уволили с работы и все ранее скопленные деньги ушли на оплату врачей и лекарства. Сейчас их мама лежит неподвижно уже три месяца, а ей нужны лекарства и хороший уход, а денег на это у них нет.

Поэтому они и решили с сестрой пойти на этот отчаянный шаг, чтобы заработать денег на лекарства, благо Листик пошла вся в маму красавицу, хотя ей всего десять лет, но отбоя от клиентов не было. У меня аж зубы заскрипели, от таких простых слов из уст мальчишки, Листик же все предпочитала помалкивать, лишь наворачивала бисквит с мороженным, ей было не до разговоров, кода тут такая вкуснотища.

— Ты хочешь, чтобы твоя мама выздоровела? — спросил я у Тура

— Конечно хочу — сказал тот — но это невозможно, врачи говорят, что никто не сможет вылечить у мамы это тяжелое заболевание легких.