— А наши будут целые сутки работать? — спросил Женя, осматривая ружьё.

— Нет, вечером отпустят, — сказал я. — Я им выплачу за эти часы, не переживай. Ещё с Петровичем договорился, чтобы в понедельник выдали корочки парням, у кого ещё нет. Согласился ускорить.

— А он же скоро на пенсию уйдёт, — Женя вздохнул. — Потом такой лафы не будет.

— А что поделать? Будут в Читу парни кататься, проходить обучение. Хотя я всё равно всех командировкой туда засылать буду, на всякий случай, не помешает. Ещё говорил с замом Игнатьева…

Я вышел в коридорчик, чтобы принести вскипевший электрочайник из комнаты отдыха. Но еды не было, кроме пачки ломаного печенья, а мы не ели с самого утра. Когда вернулся, продолжил:

— Чтобы они подсказывали с этим делом, кто на Калугина напал. Надо их искать, тем более, газовый ствол на нём записан, так что положено заявление писать. По номерам смогут найти.

— На Славку ещё нападали, — Женя задумался, держа ружьё на коленях. — Сходил в баньку Славик, ага. Но вряд ли связано, у него улица стрёмная, там постоянно кто-то кого-то бьёт. А на помойках одни шприцы валяются.

— Ну всё равно, связано или нет, спускать дело нельзя, — я поднялся. — Ты оставайся, дежурь, а я в кафешку схожу, а то не обедал.

— По очереди пойдём? — спросил он.

— Я тебе принесу сюда, — сказал я, подходя к двери. — Что взять?

— Да лишь бы пюре было, — Женя хмыкнул. — И колы ещё возьми мне, Волк, не в падлу.

Оружие я брать не собирался, но мало ли, вдруг и на меня нападут. Убрал газовый в кобуру, отправился на угол, где и находилось кафе. Удивился, когда увидел у крыльца серый крузак. Вся братва в городе залегла, опасаясь возросшей милицейской активности, а Студент нагло приехал на свою точку, и даже не закрыл до конца окно у машины.

То, что кафе «Надежда» платило за крышу ему, я знал давно, а до этого хозяин платил Фролу. Посетителей внутри не было, кроме самого Студента. Он сидел в углу с мрачным видом, перед ним стояла тарелка с наполовину съеденным салатом и открытая бутылка водки, выпитая почти до конца. Охраны не было, музыка не играла. Даже с кухни не доносился шум.

Я удивился сильнее, чем снаружи, ведь сам Студент пил редко, обычно ограничивался пивом. Меня он узнал не сразу.

— Ты, Волк? — произнёс он, когда я подошёл ближе. — Чё здесь ходишь?

— Поесть зашёл, — спокойно сказал я. — Я тебя таким пьяным никогда не видел. Что случилось?

Студент положил голову на руки. Но едва я подумал, что Ваня уснул, как он вдруг приподнялся и посмотрел перед собой пустым взглядом.

— Погано на душе, Волк. Человека подвёл.