— Огонь! Огонь! — заорал я на скачущих от радости подчиненных. — Макаки черномазые, хрена вы тут скачете, как бабуины! Стреляйте, мать вашу за ногу да об пальму со всего размаху! — пнул по заднице ближайшего ко мне скакуна.

Бойцы, получив волшебного пенделя, прониклись всей серьезностью ситуации и принялись стрелять по палатке, где, скорее всего, и находились двое недостающих вражеских солдат.

— Остаешься тут, прикрываешь огнем, — приказал я Векесе. — Остальные — вперед, за мной, — крикнул я и рванул вниз по склону.

Бежал, внимательно смотря под ноги, чтобы, не дай бог, не влететь в какую-нибудь яму или нору. Перелом сейчас равен смерти. На бегу перезарядил винтовку, вогнав третий по счету магазин. Катастрофически мало патронов!

— Вперед! Вперед! — крикнул я, размахивая свободной рукой, приказывая первой четверке бойцов сойтись с противником вплотную. — Вперед!

Догнал, а потом и вовсе перегнал четверку бойцов, которые, надо сказать, бежали не слишком резво, да еще и выпрямившись в полный рост, как самые натуральные ростовые мишени на стрелковом полигоне.

— Пригнитесь, макаки тупорылые! — рявкнул я. — Совсем забыли, чему я вас учил⁈

С разбегу перепрыгнув через каменные валуны, я побежал уже вверх по склону того самого холма, где маячила своим шатром белая парусиновая палатка. Впереди, на вершине холма раздалась короткая автоматная очередь, потом несколько раз отрывисто рявкнула винтовка, затыкая автомат.

Позади раздался отчаянный вопль, полный ужаса и боли. Я присел и тут же развернулся назад в поисках опасности. Один из моих бойцов, перепрыгивая через камни, умудрился то ли подвернуть, то ли вовсе сломать ногу. При этом орал он так громко и пронзительно, будто бы его сейчас распускали на циркулярке.

— Удо, останься с раненым, остальные бегом вперед! — приказал я. Повернулся, выпрямился и вновь побежал на вершину склона. Добежал до палатки, заглянул внутрь, благо полог был распахнут.

Стенка палатки, противоположная от входа, разрезана ножом. В длинной бреши лежит тело, еще одно — чуть выше по склону. Оба в крови. Ага, а вот и два недостающих легионера нашлись. Двух убили сразу, еще двух застрелили после, ну и эти двое, что были в палатке, тоже мертвы. Значит, все шестеро прибаранены!

Хорошее начало, у противника все — «двести», у нас один «триста», пока идем отлично. А все ли бойцы противника убиты? А то, знаете ли, бывали преценденты. Как-то, помню, взяли штурмом опорник укропов, а там два «трехсотых» зачухана, один даже обоссанный был, пацаны, которые брали укропов, побрезговали их обшмонать, а в итоге тот, что обоссанный был, пестик припрятал, одного нашего успел застрелить и еще двоих ранить. Потом его Сема Бамут из пулика рассчитал. Когда документы этого обоссанного проверили, выяснилось, что он цельный полковник СБУ. Так что любых «двухсотых» надо проверять и делать контроль.