— Ах ты тварь! — заорал тот же мужик, у которого, кстати, оказался амулет. Только вот он фактически весь дымился, и кожа на лице была обожжена. Видимо, у амулета хватило сил, чтобы сохранить жизнь, но от повреждений это не спасло.
Амалия начала кидать в них вспышку. Благо, магии у неё хватало, а техника была отработана до автоматизма. Но у некоторых были амулеты. Четверо бились на полу в конвульсиях. Остальные, кто был с защитой, только шатались, но держались на ногах.
А потом ей стало уже не до этого. Нападавших, которые были на ногах, осталось семнадцать человек. Недолго думая, они бросились на неё. Раздобыв ещё один меч — один из убитых уронил прямо у её ног, будто специально, — Амалия превратилась в демона смерти. С той скоростью, которой она двигалась, за ней просто тупо не успевали. Она даже удары не принимала, не отражала — просто уворачивалась, отрубая то руку, то ногу, а то и голову. Кровь летела во все стороны, крики смешались в сплошной гул.
Она работала как хорошо отлаженный механизм, не думая, не анализируя, просто делая то, чему её учили. И чему её научил Александр. Два меча в её руках порхали как ножницы у парикмахера. Семнадцать превратились в двенадцать, двенадцать в восемь, восемь в пять...
Последних троих она просто вырубила — в том числе и их командира. Слишком интересно, откуда они взялись, кто их послал и что они вообще здесь делают.
Где-то вдалеке слышались крики. Видимо, всё-таки подмогу слуги вызвали.
Глава 9
Наши войска уже практически подходили к столице Монархии Домис. Вдалеке уже виднелись шпили дворца и городские стены, которые казались такими беззащитными после всего, что произошло. Пыль от колонны войск поднималась к небу, и казалось, что мы тащим за собой небольшое облако.
Точкой встречи был торговый тракт. Там мы объединились с войсками, которые вёл Бобров.
— Ну ты, как обычно, — сказал мне Бобров.
Митрофан, который стоял рядом и до этого с невозмутимым видом рассматривал окрестности, не выдержал и просто начал ржать.
— Да ну вас, — махнул я рукой, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Вечно вы из мухи дракона раздуваете.
— Ладно, смех смехом, только вот что дальше делаем? — сказал Бобров, когда Митрофан наконец успокоился и вытер выступившие от смеха слёзы.
— Да тут ситуация так себе, — начал я. — Принцесс у них почему-то в запасе нет. Осталось лишь супруга монарха да сын её. Всех остальных или убили, или они сами погибли при «несчастных случаях».
— Нда, твоего брата на принцессе не женишь, — ехидно сказал Митрофан.
— Слушай, прекращай уже, — сказал я с улыбкой. — Шутник фигов. А если по-честному, что делать-то? Может, отец на вдове женится?