Любовь действительно нужно заслужить.
Лори ради него пришлось пройти длинный путь, намного длиннее этого чертова лабиринта, который вытягивал из него все соки. Ей приходилось потом и кровью доказывать соответствие своего места возле него, проходя обучения у того же Мастера Рила, который никогда не отличался жалостью по отношению к ученикам. Он уговорил ее принять участие в ритуале, а после сражаться с фреоской.
И она безропотно прошла все испытания, являясь простой человечкой, как себя ощущала на тот момент. Не жалуясь и не ропща. Она шла на все это ради него. Преследуя светлое чувство, родившееся в душе.
И она жила с ним бок о бок, трудилась во благо королевской семьи, принимая приказы от таких же слуг, стоящих чуть выше по иерархической лестнице, не в силах сказать слово против. Она была всегда рядом, а он… не замечал ее.
И только этот блондинистый нахал, что начал мозолить глаза после приезда в столицу Аминса, смог раскрыть всю прелесть зеленоглазой девочки, ставшей для него со временем важнее всего на свете.
А ведь наверняка Авери не раз проходил этот лабиринт. Тоже из чувства любопытства Фредона, желающего протестировать сына и узнать, какие из ухищрений его острого ума окажутся для наследника неожиданными.
Интересно, Танасори выглядел также жалко, как он сейчас, израненный и обессиленный после сотни сражений?.. А ведь за первый день ему удалось пройти чуть меньше половины пути к южным воротам. Не так мало, как он предполагал вначале, но и не столь много, чтобы можно было вздохнуть спокойно, ведь впереди его ждут обещанные Римондом бефары.
Мысль о сероглазом оборотне, сопровождающем его Лори, придала сил.
Этот нахал имел наглость целовать ее. У него на глазах.
Следующие встреченные эллины полегли в мгновение ока.
Да, страшно представить, что было бы, если бы он, в силу своей слепоты, не заметил не ограненный бриллиант, которым была его девочка. Впрочем, Римонд так или иначе узнал бы о том, что у него есть дочь… и наверняка не стал бы противиться союзу между сыном своего Первого Советника, в чьих жилах текла чистая демоническая кровь, и своей малышки.
Злость продолжала помогать игнорировать боль от укусов, порезов и парализованной руки.
Заклинания из гремуара, что теперь отлетали у него от зубов, помогли продержаться всю ночь и еще половину дня, пока за очередной дверью, куда привела его тропинка, не встретился бефар.
Глава третья
Матовая черно-коричневая кожа, острый гребень хрептов, выступающих над позвоночником, могучий разворот плеч, примерно раза в два больше чем у Ноала, и бугристые мышцы, кроваво-красные глаза, да ехидный оскал полного острых клыков рта.