Понятное дело, поездку регента Империи в Берлин пришлось отложить. Что автоматически вносило князя Александра в список лиц, обязанных принимать парад полков гвардии и столичного гарнизона, традиционно проходящий десятого мая.

Признаться, марш стотысячной военной группировки по огромному Марсову полю всегда производил неизгладимое впечатление. Однако парад семьдесят пятого года запомнился мне несколько иным. Дело в том, что совершенно неожиданно для всех, в нарушении протокола, цесаревич Александр призвал к себе военного министра Милютина, и вручил тому украшенную императорскими печатями на витых шнурах грамоту о присвоении титула графа. Дмитрий Алексеевич, растроганный донельзя, как всегда витиевато рассыпался в благодарности, но косился почему-то в мою сторону. Я и сам был, мягко говоря, удивлен. Но улыбнулся и слегка кивнул министру, будто бы так и должно было быть.

Всего пять дней спустя, пятнадцатого, в далекой заокеанской Колумбии произошло чудовищное землетрясение, сопровождающееся извержением вулкана близ городка Кокуто. Катаклизм унес жизни более шестнадцати тысяч человек, но удостоился лишь малюсенькой заметки в «Таймс». Такой вот выверт сознания европейских обывателей. Неведомая, чуть ли не сказочная и несомненно дикая латинская Америка воспринималась, как иная планета, где беды ее жителей ни коим образом не затрагивании сердца надменных обитателей Старого Света.

Какой-то английский проповедник — множество их развелось на богатых «дрожжах» столичных горожан — вякнул было, будто бы дрожь земли в Колумбии — это Божий Знак. Что, дескать, нас всех ждут Великие Потрясения и где-то даже Беды! Но публика «провидца» не поняла. Какие, к Дьяволу, беды и потрясения⁈ Мы в России живем, где и то и другое — проза жизни. И вообще, мы и без вас пуганные…

Мистера посетили строгие господа из Петербургской полиции, и он, от греха, на третий день уже плыл в каюте отправившегося в Туманный Альбион судна. А все почему? А потому, что общественное Благочестие — это наше все! И нечего нам тут. Скрипел бы и как все тарелочкой, к духу месье Буанопарте взывая, так и далее пользовался бы расположением столичных господ и, особенно — дам. А страшилками пугать — это моветон.

Потому и я во вступительной речи на заседании Совета Министров Российской Империи пугать господ министров не стал. Да, война скоро. Да, нужно будет хорошенько подготовиться. Да, у меня уже есть план. И — да, грядущие боевые действия потребуют от нас изрядного напряжения сил, по большей части — в экономическом плане. Но! Все не так страшно, как кажется. Наша армия сильна как никогда, отлично вооружена и выучена. К границам неприятеля проложены новые железные дороги, по которым мы станем оперативно подвозить все потребное с расположенных в безопасном месте складов и магазинов.