— Глеб Тимофеевич, — взял стул и сел напротив. — На время это место станет моей территорией. Ничем противозаконным я не собираюсь заниматься, просто у меня есть интерес, котором я бы с удовольствием поделился с вашим главой. Чтобы нам не вступать в открытую конфронтацию, позвольте закончить дела.

— К сожалению, я не могу принимать решения. Скажу, что пока не буду вмешиваться и посылать людей до момента вашей встречи с господином Марком Павловичем. Я похлопочу, чтобы она состоялась как можно скорее, — улыбнулся дворецкий. — Только, молодой человек, не делайте того, что может навредить нашему роду. Помните, вы не дома, и это наша территория.

Глеб Тимофеевич поднялся и направился к двери. Я продолжал сидеть на стуле. Хорошо, что не полез глупо в драку, его убийство ничего бы мне не дало. Вот только… Титовы, эту фамилию я знаю.

Они владельцы больших территорий по всей сибирской зоне. В смутные времена покупали за копейки и расширялись. Их род представлен во многих городах, крайне богаты, влиятельны и, по слухам, под протекцией государя. Они решают, какие дела можно вести у них на земле.

Теперь понятно, почему такое болезненное отношение к трущобам. Словно раковая опухоль, тыкающая в то, что они не настолько сильны и могущественны. Уязвимое место, не дающее покоя.

Улыбнулся идее, которая возникла в голове. К сожалению, я ее пока исполнить не смогу, но потом… Это мне даст определенные плюсы, а иметь в должниках Титовых дорогого стоит. В центральной зоне они помогут с моим родом. Отец — урод… В голове всплыли слова матери, винившей его за то, что часть ее наследства он продал как раз Титовым. Ненужные земли и бизнесы, которые, по его словам, были убыточны.

Ивар Марков получил поддержку Титовых. Ничего, папаша, скоро я верну все! Ты лишишься расположения Титовых, а это очень сильно ударит по Марковым. Будет мой сюрприз тебе… Махнул головой, чтобы развеять свои планы на будущее.

— Дела не ждут! — сказал я и поднялся. — Что-то смогу закончить уже сейчас.

Направился в подвал к ребятам. Чалый и Сява пришли в себя и сидели за столом, что-то пили, оплакивая своих.

— Господа! — обратил я внимание на себя и подошел. — Похороните друзей, вот вам тридцать рублей.

— Спасибо, Симба, — пьяненьким голосом сказал Чалый.

Только были при смерти и уже пьют. Да уж…

— Вот мое предложение. Вы занимаетесь тем, что делали всегда, и, скорее всего, вас настигнет та же участь, — взглянул я на погибших.

— У вора жизнь короткая, но яркая! — вставил свои пять копеек Сява.

Я ударил кулаком по столу, он сложился пополам, и все упало на пол. Эти двое пришли в себя и уставились на меня.