— Разрывные! — сказал я хриплым голосом. Лучшее название, что смог придумать для этой магии.

Появилось жужжание, словно рядом работал пропеллер. Ребятки стали крутить головами. Вот только поздно. Будто снаряды, разрывающиеся в воздухе, вспыхивала моя магия.

Первая пуля угодила в лоб Коли Гаврилова. Дурачок даже ничего не понял, заканчивал слово, пока не заткнулся. В аккуратной выжженной дырке через его голову я видел улицу с другой стороны.

— Сука! — выругался я.

— Коля! — позвал другой Гаврилова, но, когда увидел, что друг больше не ответит, то просто побежал. Двое остальных тоже дали деру.

— Вашу мать! — выругался я.

Мои снаряды полетели за ними. Если я здесь устрою побоище из тринадцати аристократов, то придется бежать уже из этого города, а у меня куча планов, и просирать их я не намерен.

Из последних сил делал то, что не планировал — гасил свою магию. Охренеть! В глазах троилось, последний снаряд из тех, что были впереди, погасил. За спиной закричали. Повернулся, еще один с дыркой в голове. Монстров вам в жены! Как мне семь разрывных остановить?

Попытался втянуть обратно энергию. Представил, что все снаряды распадаются на частицы и устремляются в меня. «Сработало», — сказал я про себя, упал на колени и схватился за руку.

По вене пустили раскаленный металл, она почернела. В голове говорил голос, который я старался заткнуть. Ладонь пульсировала. На последних остатках сознания я встал, мне нужно к профессору. Уже сбежался народ поглядеть на неудавшееся покушение на мою жизнь. Где ж вы, твари, были, когда на меня вышли?

Послышались крики и ор, идиоты звали жандармов. На трясущихся ногах поднялся и поковылял в сторону трущоб. В глазах по-прежнему плыло, двигался больше на рефлексах.

Мерещилось, что этот «черт» стоит и улыбается. Ноги отказывались слушаться, я оперся о стену здания.

— Боря? Борис? Солнцев? — задавали мне вопросы.

В голове только одна мысль: двигаться дальше, а не могу. Кто-то меня подхватил под руки, но кто именно — ни черта не вижу. Вот это я заклинание придумал! Или проблема в том, что смешал силу вместилища и железы? Профессор! Мысли приходили вспышками. Чокнутый должен мне вернуть обличье Симбы. Корниловым я засветился, но еще есть планы на эту «шкурку».

Как быть? Сука! Куда меня ведут?

* * *

Трутень на северо-западном участке стены

Последние дни вышли крайне плодотворными. Часть менялась, столетние пережитки о сведении счетов с несогласными заканчивались. Если точнее, это первый шаг. И надоумил на него императора Трутень.

В последнее время скопилась критическая масса недовольных, мелких и не очень, родов, которые отправили своих отпрысков на стену. Все сложнее гасить разгорающийся пожар несогласных.