Спустились на первый этаж, а там вышли в подвальное помещение. По обе стороны — камеры с решетками, в них сидят полуголые женщины, мужчины и дети. И в самом конце я услышал звуки ударов.

Продвинулись вперед.

— Ну что, сучка? — удар. — Нужно было открыть милый ротик и не выпендриваться, — удар. — А ты, дура, решила, что человек⁈ Вот же мразь! — удар.

Когда мы подошли, застал девушку в белом нижнем белье, подвешенную за веревку в камере. И эта «клетка», судя по всему, блокирует магию.

— Не хотела ртом поганым, значит, другим местом поработаешь, — жандарм потянулся к белью девушки. Рядом с ним стояли еще двое.

Не успел лейтенант ничего сказать, как я влетел внутрь. Удар в колено первому, потом в кадык и головой его в стену. Бегать он теперь не сможет. Второй — стрелы из металла от самой голени до яиц, с него хватит.

А теперь последний, но не по значимости, — копье в пах. Так и не понял, это кровь или он обмочился, когда его хозяйство упало ему в сапог. Тот, кто пришел доложить лейтенанту, попытался выстрелить в меня из револьвера, но стрела проткнула ему руку.

Я снял с себя китель и накинул на девушку. Майорова с побитым лицом улыбнулась. Потом переключился на жандармов, обыскал и забрал их удостоверения.

— Каратов, — поднял голову. — В столице я… Лучше этим придуркам исчезнуть, а то их ждет кара похуже, чем для людей из других зон.

— Я… — открыл рот лейтенант. — Не мой приказ. Это они…

— Мне насрать! — улыбнулся и подхватил Александру, когда обрезал веревку. — Ваша задача какая? Поймать и отправить в новые поселения, и чтобы волосок с их головы не упал. Такой же приказ его величества?

— Да, но… — заикался Максим Агабекович.

— Увижу кого-то из них — убью! — остановился рядом с Каратовым и положил ему руку на плечо. Сдавил с силой так, что кость захрустела, а он согнулся от боли.

Залез к нему в китель и достал кошелек. В нем оказалось удивительно немало денег, аж целых шесть тысяч рублей.

— Это на новое белье и платье моей девушке, — бросил ему пустой бумажник в рожу.

Придерживая Александру, в сопровождении подскочившего лейтенанта, мы вышли из здания. Не зря я газетку читал, там писалось о милости нового государя, что теперь он заботится обо всех и жителей других зон селит в новых местах. Предлагалось им больше не бежать и не прятаться, а сдаться. Гарантировалась безопасность, еда, кров, работа, а аристо — новый титул в Южной империи.

Вот суки! Жандармики решили, что они могут девушек ловить, насиловать, а может, и продавать кому-то для утех, а потом уже отправлять. На прощание сказал Каратову: