Время еще есть. Надеюсь, Трутень оценит мои старания и не будет ставить палки в колеса, а то еще с ним бодаться и переубеждать… Я не хочу.
Хорошей новостью стало то, что предателей в штабе вычислили. Все-таки тень не совсем сама проникла, артефакт немного подкрутили. Помимо самого Обручева, что неудивительно, еще аж целых пять человек. Братишка Ольги сразу запел, как его за яйца взяли, и слил всех, кого знал.
Пока никто не думал, группа схватила остальных. Трое покончили собой, языком осталось вдвое меньше. Сейчас с ними разговаривают. Задачи или цели их беречь нет, поэтому вся машина пыток свалится на ребят, решивших свою родину предать.
ИСР — это сильный удар под дых. Такой позор… Так что свои церемониться не будут. Только Обручеву обещали, что он останется жить, дальше его судьбу будет решать суд. В лучшем случае парня ждут рудники. Хоть одна хорошая новость.
Пока следователь был занят, я подошел к его столу, взял лист бумаги и ручку. Решил сделать Трутню небольшой подарок — поделиться с ним кое-какой информацией. Ничего лишнего, просто чтобы он сговорчивее стал и помог мне с некоторыми вопросами. Я смотрел на чистый лист и прикидывал, что же написать. Знаю, насколько хитрый и умный полковник, поэтому пришлось неслабо пораскинуть мозгами.
Через час мой доклад был готов. Убрал его во внутренний карман порванного пиджака. Словно муха, которой «медом» намазано — дверь кабинета открылась, появился полковник.
Лицо суровое. На плечах китель, в зубах — трубка.
— Выйди! — сказал он.
Я встал, потому что мужик смотрел на меня.
— Не ты! А Черкасов, — чихнул Трутень.
Следователь удивился, но послушался.
Весемир подошел ко мне и сел рядом.
— Боря, твою мать! Что ты опять устроил?
Глава 7
— Я? — искренне удивился.
— Не, я! — вынул трубку изо рта Весемир. — Даже не знаю, тебя проще казнить или наградить?
— Если вы спрашиваете, то мне больше нравится второй вариант, — улыбнулся я.
— Стоило тебе только появиться в Новосибирске, как все через жопу пошло, — выдохнул дым полковник. — Скажи, ты где-то учишься? С каждым разом все больше и больше сложностей.
— Это… — начал я, но меня прервали.
— Ты! Хватит мне тут в уши ссать! — разозлился Трутень. — Я тебя что просил? Не давить на Марковых! А ты?
— Так я?..
— Взял и убил двух наследников, рассорил Царевых с Марковыми.
— Но…
— Давно! Но словно этого мало, тут появился истинный измененный, и началась чехарда. Улики указывают на всех…
— Вот…
— Кроме тебя! А зная твое везение, уверен, что как-то ты приложил ко всему этому руку, — продолжал перебивать меня Трутень, не давая ответить.