— Умный ты, сука, больно… До сих пор удивляешь, вроде сопляк сопляком, а…

— Это я в маму, и русские народные сказки помогли.

Мое предположение частично подтвердилось. Оказывается, в южной зоне проблем не меньше, чем тут. То, на что все надеялись, не сработало. Вяземский прибыл туда, а почти все посланные сотрудники ИСР и Трутня пропали. Растворились. Связи с зоной почти нет.

Хоть генерал докладывал императору, что обстановка спокойная и стабильная, но люди, которые оттуда уехали, говорят об обратном. Армия Вяземского заняла все учреждения. Несогласные мертвы.

Троцкие чувствуют себя хозяевами еще больше, чем раньше. Но главная опасность в том, что за стену ходят не только военные. Весь род Троцких, еще и куча наемников, и эти ребята себя крайне странно ведут.

Император готовится к тому, что южная зона взбунтуется. Если сложить все, что я знаю, с тем, о чем поведал Трутень… Выходит, твари, которые играются с магами и занимаются опытами, сидят именно там. Целая, сука, зона! Это вам не шутки.

Конечно, она дальше остальных и ее можно отрезать, вот только какой урон будет нанесен империи! После этого наши добропорядочные соседи обязательно попытаются с ними заключить мир или какое-то соглашение, пойти дальше.

А если в этот момент случится масштабный прорыв?.. Прощай, Русская империя! Все это мне рассказывал Весемир, будто пытался пробудить патриотические чувства. Не одно, так другое. Тут с задницей еще не разобрались, возникла новая и еще более большая.

Ладно. Теперь пора перейти к тому, что хотел я.

— Полковник, мне нужно, чтобы я остался здесь, мои люди под охраной, — попросил его.

— Боишься? — оскалился Трутень.

— Ага, прямо штанишки все мокрые, — улыбнулся. — У меня просто есть еще несколько дел. Для них требуется, чтобы враг думал, будто я у вас, и не ждал.

— Что ты опять придумал? — сверкнул глазами Весемир.

— Да ничего такого… — пожал я плечами. — Просто хочу папку навестить, поговорить с ним тет-а-тет. Не думал, что во мне проснется такая жгучая сыновья любовь.

— Боря, не делай мне голову, она и так болит благодаря тебе, — забил свежего табака в трубку военный.

— Ну что вам стоит? — сделал я грустные глазки. — Просто дверку не закрывайте. Я одной ногой там, а другой — здесь.

— Нет! — обломал меня Весемир. — Никаких игр! Объявлен красный уровень опасности, а ты хочешь свои личные дела решать? Тебе плевать на страну?

Вот же пес шелудивый, как запел! О стране я должен думать, а обо мне кто подумает? А? О моем роде? Делах?

— Значит, без вас… — пожал я плечами.

— Не смей! Только дернись! — выдохнул он мне в лицо дым. — Я тебя лично казню за измену Родине.