Я следовал за Геной молча, нам еще предстоит веселье. На первом этаже зашли в лифт — редкость для зданий той эпохи. Поднялись на третий этаж, и вот уже кабинет того самого следователя Черкасова Игоря Юрьевича, во всяком случае, так гласила табличка.

Весьма… функционально. Рабочий стол, стул, шкаф, пара тумбочек и, собственно, все. Ну, еще одна дверь, в которую мы зашли. Допросная? Размером в пару туалетов, стол и стулья у самых стен.

— Присаживайтесь, — произнес Обручев.

— Мне бы чайку или кофе, — ответил я. — Не успел утром выпить, а голова плохо соображает.

Блондинчик приказал сопровождающим сходить за напитком. Я сел за стол.

— Борис Иванович, — расположился Обручев напротив. — Сейчас я с вами пообщаюсь. Потом, возможно, господин Черкасов задаст вам несколько вопросов.

— Приступим? — спросил я. — У меня в спальне две дамы стынут… Не хотелось бы их оставлять надолго. Сами понимаете…

Обручев никак не отреагировал. Я же прощупывал то, как он относится к Ольге и как это повлияет на его суждения и мотивы при общении со мной. Вообще интересно, что этот отпрыск семьи здесь делает.

Принесли кофе. Сделал глоток… Железа сразу же подала сигнал: в напиток чего-то добавили. Если я правильно думаю, то какое-нибудь зелье. Правды? Точно! То, что должно развязать язык. Уже такое пробовал, когда меня пытали, один дедушка рискнул меня разговорить. Ничем хорошим для него это не закончилось, как и для одного генерал-майора.

Гена внимательно смотрел за тем, как я одним глотком осушил кружку.

— Итак, Борис Иванович, — положил он папку на стол и достал оттуда листок бумаги. — Что вы хотите поведать следствию?

— Ничего… — перебил я его.

— В смысле? — удивился он. — Вы были освобождены от обязательной службы со своими людьми на стене, вам дали офицерские звания. Прибыли в город недавно, навещали Марковых, Царевых, гуляли по городу.

— Все так, — кивнул я.

— Расскажите подробнее про момент, когда на вас напал монстр… Пожалуйста! — скорчил он недовольную морду.

— Все началось… А вам с какого момента? — уточнил я.

— С любого! — начал Гена злиться. — Если что, я задам вопросы.

— Шел я давеча к генералу Долгорукову, дочурка у него очень мне в душу запала. Ну, и переговорить хотел с ним как мужчина с мужчиной. Есть у нас дела кое-какие общие. Почти у самого особняка, метров за двести-триста, на меня напала тварь ростом метра два с половиной. Черный весь, сила немереная. Не успел я и глазом моргнуть, как меня отделали. Конец!

Все это время Обручев записывал показания. Он поставил точку в предложении и поднял взгляд на меня.