То, что творилось следующие несколько минут кроме как бойней и не назовёшь. Раненные и потерявшие немалое количество людей новгородцы не смогли выстоять под напором воинов племени. Крестьян резали словно беззащитных овец, хоть какой-то отпор смогли лишь дать дружинники. Но чуть больше половины из них перебили лучники и поэтому они оказались в многократном меньшинстве. Они никак не смогли бы выжить.

Шесть минут и двадцать семь секунд — ровно столько понадобилось на то, чтобы перебить всё войско.

Всё получилось определённо куда лучше, чем мы планировали. Выживших так и вовсе не было. А ведь кое-кто всё же пытался сдаться, но видать мой отец дал команду не оставлять никого в живых. К нам эти ребята пришли отнюдь не с хорошими намерениями, вот и получили по заслугам.

Но была в бочке мёда и ложка дёгтя. Мы потеряли троих убитыми: один орк и два человека. Были и раненые, но тяжёлых моих матушка подлечила и теперь их жизням ничего не угрожала. Вроде мелочь, но всё равно плохо.

Я собирал свои стрелы. Ни одна в молоко не ушла, но некоторые попали в щиты или броня спасла тех, в кого я стрелял. Но на моём персональном кладбище на девятнадцать трупов стало больше. И это с учётом командира дружины. Отец как раз стоял над его трупом, когда я подошёл чтобы вернуть свою стрелу.

— У тебя действительно талант к стрельбе, что достался от матери, — сказал Немрок и вытащил из шеи убитого стрелу.

— У меня вообще хорошая наследственность, — принял я стрелу из его рук. — Мама беспокоится. Думаю, на ближайшие пару лет придётся ограничится одной охотой.

— Ты меня прямо спасаешь. А я уже ждал непростого разговора с твоей матерью и потом с тобой. Подожди лет пять и обещаю — сможешь себя ещё проявить в бою.

О! Недурное предложение. Мне на деле плевать, могу подождать вплоть до своего пятнадцатилетия и прохождения испытания. Но отказываться от предложения отца не стану. Будет интересно глянуть на свои способности в реальном бою через пяток лет. Сейчас удалось немного проверить себя в деле, значит смогу оценить разницу.

К нам подошла Миримэ, но наша дружная семья не успела насладиться уединением.

— Немрок! — Окликнул кто-то моего отца. — Подойди, глянь на этого мертвеца.

Отец удивился, но пошёл к позвавшему его бойцу. Мы с матушкой последовали за ним. Орк же тем временем снял с трупа шлем. Молодой парень, лет двадцать не более. В его глазах навсегда застыл страх.

— Узнал?

— Узнал, — кивнул батя. — Единственный сын наместника в Пскове. Мда.

— Начало кровной вражды? — Высказал я догадку. В эту эпоху целые войны иногда велись из-за того, что кто-то кого-то там убил и его родичи решили отомстить.