— Понятно, — кивнул я.

— … Кинжал Банкогской династии Апаюй четырёхсотлетней давности, — заголосил распорядитель, когда похожую на чемодан коробку с потрохами убиенной где-то на востоке Юки-онны торжественно забрал со сцены кто-то из незнакомого мне рода Анисьевых. — По легенде, одним бликом отражённого света с лезвия этого ножа можно нанести сильнейшие порезы, игнорирующие даже защитные техники…

— У этого клана, насколько я знаю, есть своя кудесничья мануфактура, — подсказал мне алхимик, заметив, видимо, как я взглядом проводил явно довольного своим приобретением человека, быстрым шагом направившегося прямо со сцены к выходу из зала.

— … Итак, стартовая цена пять тысяч московских рублей, — продолжал разоряться конферансье, в то время как две чародейки, одетые в вечерние платья, устанавливали перед витриной большую заполненную водой линзу, так, чтобы даже простецы могли видеть увеличенное изображение довольно небольшого слегка искривлённого клинка, чья рукоять была украшена разноцветными камнями. — Шаг — двести пятьдесят рублей…

— Ритуально-церемониальная ерунда! — тут же откомментировал новый лот глава наших оружейников, приставленный ко мне как специалист по артефактному оружию и сидевший на следующем ряду за моим креслом. — Княже, видишь вон там, поверху лезвия, прямо под ручку идёт тонкая глифическая гравировка.

— Больше похоже на какое-то украшение, — прокомментировал я довольно красивый узор, покрывающий тупую сторону кинжала.

— На самом деле это так называемая инзанскаянская «тайная» глифика, — поведал мне оружейник. — Довольно древний вид данного искусства, широко распространённый ранее в азиатских полисах. При помощи специальных чар мастера-кудесники древности «опускали» ранее вырезанные или выгравированные глифы под поверхность металла, маскируя получившиеся дефекты такими вот пленениями, дабы никто не мог сходу понять, что делает данное оружие и как ему противостоять.

— То есть это всё же артефакт? — переспросил я.

— Да, артефакт, — подтвердил оружейник. — Опасный, если он до сих пор способен при правильной активации резать что-либо отражёнными лучами, но небоевой.

— Почему небоевой?

— Потому что клинок, скорее всего, сломается после даже самого лёгкого удара, — пояснил мне мужчина. — Инзанская глифика — штука, конечно, интересная, но имеет известные минусы. Так если толщина клинка небольшая, то из-за погружённых внутрь глифов металл становится похож на дырявый сыр. Ножичек же этот сам по себе не шибко большой и, скорее всего, принадлежал какому-нибудь совсем молодому мальчишке или девчонке с высоким статусом в клане. У них в Бангкоке вообще очень важным считается сакана антарай, что по-московски значит статус опасности человека. И чем он с детства «опаснее» в среде сверстников, тем больше уважения к нему приходит с возрастом.