Вернувшись в предыдущий кабинет, мы снова расселись по своим местам за длинным столом, а Денис Максимович второй раз раскрыл свою папку и вынул оттуда составленный договор, который положил перед папой.

Папа взял верхний лист и стал внимательно читать, а изучив, отложил его в сторону. Я же недолго думая, взяла лист, но почти сразу же заметила то, что вызвало у меня вопросы.

- А вот вы тут написали, что такой-то автор предоставляет такому-то артисту право на использование произведения. - обратилась я к юристу и он кивнул в ответ. - Ну, во-первых: я предоставляю ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЕ право и никак иначе. - а посмотрев на недоумённые лица Дениса Максимовича и Аллы Пугачёвой, объяснила: - оно подразумевает то, что Алла Борисовна может исполнять песню без права передачи её третьим лицам. Вдруг кто-то из артистов тоже захочет её исполнить, допустим та же Надежда Чепрага или Ирина Понаровская, а может.... - но заметив ухмылку певицы, не стала больше предполагать и продолжила: - Во-вторых: я предоставляю исключительное право на использование произведения сроком...думаю на десять лет, а вы вообще никакие сроки не указали. - посмотрела я на юриста, который быстро зыркнул в сторону Аллы Борисовны. - А это подразумевает, что песня будет у меня взята на бессрочный срок, что меня конечно же совершенно не устраивает. Через десять лет мы или перезаключим договор или же песня вернётся ко мне, как к автору, а Алла Борисовна уже не будет иметь права исполнять её на своих концертах.

- Хм...ты меня удивила. - после недолгого молчания, произнёс Денис Максимович. - Не ожидал, что ты можешь что-то понимать в договорах.

- Я времени зря не теряла, специально ходила в библиотеку и искала нужную информацию. - с улыбкой произнесла я.

Папа немного растерянно посмотрел на лежавшие перед ним остальные три листа и видимо поняв, что пользы от его чтения мало, придвинул их мне. Алла же Борисовна в задумчивости постукивала ногтями по столу и о чём она думала, мне было непонятно. А я внимательно продолжила читать договор.

- Остальное всё правильно, но есть ещё один пункт, который надо обязательно внести. - произнесла я и посмотрела на юриста.

- Какой же? - осторожно спросил он, а Алла Борисовна заметно напряглась.

- Артист имеет право на частичную переработку аранжировки, но это касается только интро, что означает вступление к песне или же аутро, что соответственно означает завершающую часть композиции за последним припевом. А так же артист не имеет права на изменение текста песни. Ни строчки, ни слова. Только и всего. - улыбнулась я, а Денис Максимович вопросительно посмотрел на Аллу Борисовну.