В дверь настойчиво постучали.

— Сейчас! — гаркнул я.

Хомяк свернулся в уже знакомый красный шар, оплёл светящимися щупальцами моё предплечье и превратился в покрытую присосками перчатку. Несколько секунд демоническая рука подгонялась под мои мышцы, кости и сухожилия. Одновременно всё это укреплялось, напитывалось силой.

Я вытянул руку, формируя клинок.

Сейчас моя кисть выглядела как жутковатая лапа с хищно изогнутыми когтями. От пятерни исходило красноватое свечение. Когда же пальцы срослись и начали удлиняться, по поверхности демонического оружия побежали искры. Очередная подгонка… И вот уже лезвие блестит металлической гладью, сводит себя к острию…

Втягиваю оружие и придаю руке «человеческий» вид.

— Сможешь построить пистолет?

— Рано, — прозвучал в голове ответ Чупакабры. — Я работаю над этим, но слишком мало времени прошло с моего возрождения. Нужные связи ещё не сплелись.

В дверь снова постучали. Более настойчиво.

— Иду! — крикнул я.

Быстро пересёк комнату и открыл дверь.

— Следуйте за нами, — приказал боец с нашивками сержанта.

На отсутствие в моих руках сумки никто даже внимания не обратил. В последний момент я решил, что она будет только мешать, так что оставил её вместе с вещами в комнате. Небось не пропадёт.

Военные развернулись и двинулись вперёд, армейские ботинки глухо стучали по бетонному полу коридора. Я шагал между ними, стараясь не отставать. В воздухе витало напряжение, словно сама атмосфера сжималась в ожидании чего-то неотвратимого. Издалека доносились приглушённые звуки стрельбы — короткие очереди, одиночные выстрелы, словно эхо чужой войны. Это не добавляло уверенности.

Мы шли по длинному коридору, освещённому тусклыми лампами дневного света. Стены были голые, без украшений, только таблички с номерами комнат и предупреждающие знаки. В какой-то момент сержант поднял руку, и мы остановились. Он что-то сказал своему напарнику, тот кивнул и двинулся вперёд, осматривая поворот. Я почувствовал, как демоническая рука под кожей слегка дрогнула, словно реагируя на что-то невидимое. Впрочем, сейчас сложно было провести грань между моим телом и оружием. Фактически Чупакабра был частьюменя .

— Всё чисто, — доложил боец, вернувшись. — Идём дальше.

Мы продолжили путь, но теперь я заметил, что военные стали двигаться осторожнее, чаще оглядываться. Их плазменные винтовки были наготове, пальцы лежали на спусковых крючках. Я тоже напрягся, чувствуя, как Чупа внутри меня шевелится, будто предупреждая об опасности.

— Товарищ Громов, — вдруг сказал сержант, не оборачиваясь. — Если что-то пойдёт не так, держитесь за нами. Не останавливайтесь.