Город был одновременно родным и совершенно чужим.
Но эта Москва мне нравилась.
Когда мы сошли на берег, Маша уже слегка опьянела — она громко смеялась, держала меня за руку и увлечённо рассказывала байки из телевизионной жизни. Покинув набережную, мы добрались до станции метро с совершенно незнакомым мне названием «Дружба Миров». Я провожал девушку, уже догадываясь чем закончится вечер.
На поезде метро я проехался бесплатно, воспользовавшись транспортной картой. Что не может не радовать, ведь в плавучем ресторане я изрядно поиздержался. Всё же, для вчерашнего школьника и выходца из не очень обеспеченной семьи такие развлечения пока не по карману. Спасло то, что Маша категорически отказалась от моего широкого жеста и расплатилась за себя сама. Я шёл и проводил мысленные подсчёты. Получалось, что мне хватит на вызов аэротакси, но это будут последние деньги на счету. А когда сотрудникам КГБ перечисляют зарплату, я понятия не имел.
От «Баррикадной» мы прошли ещё немного пешком по тихому бульвару. Вечерние тени сгустились, на небе проступили первые звёзды.
Маша жила в новеньком микрорайоне.
Человейник, как сказали бы мои современники.
До подъезда одной из однотипных многоэтажек мы добрались минут за пять. Замерли на ступеньках у вестибюля с панорамным остеклением.
Я притянул Машу к себе и поцеловал в губы.
Девушка не отстранилась. Наоборот, одной рукой обняла меня за шею, а вторую положила на плечо. Поцелуй был жарким и страстным. На губах красотки ощущался вкус вина.
— Заглянешь в гости? — шепнула Маша.
Вопрос был риторическим.
Глава 19
В широкое окно лоджии заглядывала луна. Желтоватая, как слоновая кость, и окружённая прозрачной золотистой дымкой.
Полупрозрачные шторы шевелил ветер.
Мы с Машей лежали в постели, разгорячённые и довольные собой. И друг другом. Только сейчас я осознал, насколько мне не хватало секса. Молодое тело рвалось в бой, и мы устроили масштабный трахомарафон, потеряв связь с реальностью.
Андреева тяжело дышала, успокаиваясь.
Надеюсь, у стен квартиры хорошая звукоизоляция, потому что ещё несколько минут назад девушка стонала, орала непристойности и чуть ли не царапала мне спину ногтями.
Сейчас мы отдыхали.
Маша жила в просторной «однушке», полученной, если мне не изменяет память, от Союза журналистов. Хорошая квартира, напоминает студию, только здесь минимализм и функциональность доведены до пика совершенства. Техника работает на хлопках и голосовых командах, вместо дверей раздвижные секции, а телеэкран на одной из стен выносил мозг своей диагональю. Лоджия была утеплена и совмещена с жилым пространством.