Чертова Пляска на костях. Оказывается, на воздействие речевого аппарата она тоже влияет. Пришлось повторить все то же самое, только гораздо медленнее. Так меня поняли. Эймс даже сдержанно кивнул и стал объяснять, активно жестикулируя.

– Центральный выход всяко уже перекрыт, – неторопливо, растягивая слова, рассказывал Игрок. – Выйдем сбоку, где поменьше людей. Я постараюсь справиться с защитным заклинанием на небольшом участке купола.

– Постараешься? – грозно спросил я. – Я думал, ты знаешь, что делаешь. Послушай, попробуешь меня обмануть, я тебя…

– Что ты мне сделаешь? – сказал сквозь сжатые зубы Эймс, гневно смотря на меня. – Убьешь? Меня и так практически не существует. Я надстройка, то, чего нет. Больное дополнение к основной личности. Нельзя угрожать тому, у которого и так ничего нет. Мы не друзья, а лишь те, кто смотрят в одну сторону. Уясни это. Засунь свой язык в задницу и не пытайся рассуждать о том, в чем ни хрена не понимаешь.

Сказать, что я удивился – мало. Я был обескуражен напором Эймса. Перед ним стоял тот, кто не так давно разнес его «приятелей» практически одной левой и освободил самого шизофреника. Однако именно я-то как раз проводника и понимал. Слишком свежа еще была история с Темнейшим. Правда, Эймсу это знать необязательно.

К тому же, именно сейчас произошло два интересных события. Первое – я будто вынырнул из-под воды. Окружающие звуки перестали быть смазанными, а движения моих соратников замедленными. Значит, кончилось действие Пляски. Второе – мои хитпоинты заметно поднялись. Ого, жив еще, курилка, в смысле, мой Костяной лорд. И, по всей видимости, дает жара местным наемникам. Жалко, что я не смог понаблюдать его бой. Думаю, он выглядел довольно любопытным.

Мы пробежали еще немного и затаились за одной из палаток. Теперь был виден главный выход – единственное место, не охваченное заклинанием. И народу тут собралось порядочно. Я почему-то думал, что наемники – Игроки с плохой дисциплиной. А хрен там. Вон как организованно

– И что делать? – шепотом спросил я.

– Можно шмальнуть из той штуки, которую ты подобрал, – по доброте душевной предложил Эймс.

– Нельзя, – покачал головой я, – не все там могут относиться ко мне враждебно.

– Хочешь, я выстрелю? – спросила Рис, заглядывая в глаза. – Мне как раз надо опустить карму.

Я с сомнением покосился на девушку. Раньше она подобной кровожадностью не отличалась. Но Рис выглядела уверенной и решительной. Соратница была готова пойти на все, чтобы выбраться отсюда. Поэтому я достал из инвентаря ускоритель масс и передал спутнице.