Мне почему-то думалось, что раз уж мы с Вратарем повязаны, то стали чем-то вроде добрых знакомых. Поэтому я и пристал с распросами к одному из Братьев. Тот, видимо, почувствовал то же самое, потому что достаточно спокойно ответил.
– Пыль – то, что дает силу Ищущим. С ее помощью можно творить заклинания, изучать умения, создавать удивительные артефакты. Если говорить грубо, то все мы порождения пыли.
– Это все круто. А что по поводу «убьет»?
– Абсолютный иммунитет к ней только у Вратарей. Мы можем использовать свежую пыль по своему разумению, не беспокоясь о результате. Организм Ищущих относится к ней по-разному. Кто-то оказывается более устойчив, кто-то менее.
– А что это за Яма?
– Место, где появляется пыль. Чем глубже Яма, тем больше там пыли, – сказал Вратарь, выходя за ворота. – И тем вреднее она может быть для Ищущего. Однако Старший Брат разрешил тебе пройти. Для того, чтобы перезапустить Сердце нужна глубокая Яма.
– И далеко такая?
– Нет, ты и глазом не успеешь моргнуть, – почему-то именно в этих словах проводника мне послышались угрожающие нотки. – Ну что, ты готов?
Я не был готов. Ни к смерти, ни к зависимости от пыли, ни к любым другим побочным явлениям. Моя душа терзалась сомнениями, страх подступал к горлу, заставляя прочищать его все чаще. Однако я почти уверенно произнес:
– Готов. Веди меня.
Глава 24
У каждого мужчины есть определенный этап инициации, после которого он перестает быть ребенком и становится взрослым. Тем, кто отвечает не только за совершенные поступки, но и за своих близких. Учится работать с последствиями ошибок, избавляется от инфантилизма, вливается в общественную жизнь.
Раньше все было довольно просто. Ребенок у каких-нибудь диких племен, достигнув определенного возраста, должен был стать охотником. И для этого его вынуждали пройти различные испытания. Для подростка порой чудовищные – простоять ночь на высоком столбе, пробежать по спинам быков, выдержать укусы диких муравьев и т.д. Племенные отношения уступили место сначала рабовладельческому, а после и феодальному обществу. И настоящий мужчина из охотника превратился в воина. Именно с тех времен появилась знаменитая присказка: «Не служил – не мужик».
Но человечество развивалось. Мышцы перестали быть прообразом мощи, сильные мира сего обычно выглядят как лысоватые дядьки с избыточным весом. А обряд инициации стал чем-то совсем диковинным, да и используется в основном у различных религиозных ортодоксов.
Вот взять, например, меня. В армии я не служил, за близких ответственность не нес, если только за себя, да и то не в полной мере. Вообще, об этом всем мне пришлось задумываться уже после того, как в мой мир явилась Игра. Если сказать проще – как такового обряда инициации и не было. Просто плыл по течению, как простите, то, что не может утонуть. И вот наконец своеобразный обряд инициации должен был состояться.