По словам Вратаря, все мы приходили из пыли. И в нее же и обращались после смерти. Заявление, к которому у меня были определенные вопросы, но я подумал, что спорить с проводником сейчас не самое лучшее занятие. Мы удалялись от крепости Вратарей, утопая по щиколотку в песке, и мне еще очень повезло, что один из Братьев оказался довольно разговорчивым.

– Так зачем вам пускать сюда Игроков?

– Потому что есть мед, и есть пчелы. Ведь именно так называются те диковинные создания в твоем мире?

– Так, – кивнул я. – Только я ни черта не понял.

– Понимание приходит со временем. И именно тогда, когда нужно. Это древняя мудрость.

– А что это за Яма?

– Место, где появляется пыль.

– Появляется? Из воздуха что ли?

– Прости меня, я неверно выразился. Место, которое наполняется пылью. Чем Яма глубже, тем пыли больше.

– Теперь все стало гораздо понятнее, – пробурчал я.

Вообще, мне было не вполне понятно, как Вратарь здесь ориентируется. Как в песне – степь да степь кругом. Точнее дюны. Сухой горячий ветер, дневной сумрак – небо надело кучерявый парик из туч – и шорох песка под ногами. Странное ощущение. Я чувствовал, что этот мир безопасен. Но вместе с тем он мне не нравился. Собственно, а какой из всех миров Сереже пришелся по душе после Отстойника? То-то и оно. Дом может быть только один. А на двух стульях усидеть невозможно.

– Скоро, – наконец сказал Вратарь. – Чувствуешь?

Я чувствовал. Воздух наполнился приторным запахом пыли. Будто шоколад с заменителем корицы, посыпали измельченной корицей и подали вместе с корицей. С непривычки у меня к горлу подкатил ком. Благо, не вырвало. Хороший способ справиться с тошнотой – не жрать. Я уже забыл, когда завтракал или обедал в последний раз. И желудок, решивший, что его хозяин полный дебил, перестал подавать команды мозгу, обиделся и сжался.

– Идем. Не бойся.

– Да я и не боюсь, – пришлось соврать. Только непонятно кому, Вратарю или себе, – семи смертям не бывать, одной не миновать.

– Любопытное заключение, – усмехнулся Вратарь, – мне не так много лет, поэтому я нахожу все, что говорят Ищущие, невероятно интересным.

– Мне вот тоже лет вроде немного, но я считаю Игроков по большей своей части мудаками. Не обессудь.

– Разница восприятия, – сказал Вратарь.

Мы остановились у воронки, диаметром метров в пятнадцать. И все бы ничего, вот только вся она оказалась заполненной пылью. Какой-то другой, нежели той, что я раньше держал в руках. Она была более яркая, рыхлая, будто смоченный дождем песок на прибрежном берегу. Намного концентрированнее ходившей в обращении между Игроками.